…

— Лучше давай вместе подумаем, что делать с этим дерьмом. Две головы лучше одной, верно?

— Смешно, сэр.

— Я сказал что-то смешное?

— Это напомнило мне ту историю. Две головы лучше одной…

— Расскажи.

Сонтаг вздохнул

— Это полное дерьмо, сэр.

— Тут кругом дерьмо, ты еще не заметил? И пахнет дерьмом.

— Короче, это было в семьдесят первом. Меня и моего напарника — им тогда был Том Фрост — решили забросить в тыл…

Сайгон, Кохинхина. 1971 год

Сайгон, Кохинхина. 1971 год

Завоевание земли — большей частью оно сводится к тому, чтобы отнять землю у людей, которые имеют другой цвет кожи или носы более плоские, чем у нас, — цель не очень-то хорошая, если поближе к ней присмотреться. Искупает ее только идея, идея, на которую она опирается, — не сентиментальное притворство, но идея. И бескорыстная вера в идею — нечто такое, перед чем вы можете преклоняться и приносить жертвы.

В семьдесят первом — всем сторонам конфликта стало очевидно, что война зашла в тупик и ни одна из сторон не способна достигнуть в ней решительной победы. Камнем преткновения для России и США было то, что в глазах местных они не защищали местных от японцев — а защищали старый, колониальный порядок, который здесь ненавидели. Японские же потогонные фабрики были делом будущего, то что происходит в Китае не знали, а зная — не верили. Японцы и местные, умело вели паназиатскую и антикитайскую пропаганду и достигли немалых успехов. Если это можно было назвать успехами.

Это было время убийств. Они не прекращались ни днем, ни ночью. Политика стала отравленной, религия тоже. Достаточно было сказать что-то не то или прийти куда-то не туда — и жди ночных гостей. Нгаи в своей жестокости — не отставали от партизан.

Непрекращающиеся убийства скрывали, в общем-то, тот факт, что партизаны проиграли все бои, в которых участвовали, понесли тяжелые потери, и под вопросом стояло существование самого движения сопротивления — из-за исчерпания ресурсов. Но пока не прекращались убийства — все разговоры о победе вызывали лишь усмешку у тех кто помнил наступление Тет.

Проблемой были ресурсы. Они поступали постоянно по путям неподконтрольным союзникам. Дороги проходили в джунглях, в труднодоступной местности. Местные — переносили ношу на спинах как муравьи. Для транспортировки использовались даже слоны. Перехватом этих транспортных потоков ВВС США занимались всю войну.

Том Фрост и Майкл Сонтаг вообще-то проходили подготовку на combat weatherman, боевых метеорологов. Но здесь погода мало кого интересовала — она почти всегда была плохой, дождливой. Поэтому им пришлось вынужденно переквалифицироваться в советников, научиться говорить на местных диалектах, питаться рыбой и рисом, неделями обходиться без кофе и бифштекса. Это было скверно — но кто-то был должен делать и эту работу.