Так учил Во Нгуен Гиап.

После того, как объединенные силы оставили Кохинхину по Парижским соглашениям, Кохинхина вполне могла обороняться. Сил хватало, хватало техники. Но было два «но». Первое — противник и не собирался выполнять условия мирных соглашений, он находился на втором этапе и готов был перейти к третьему — и сделал это. Второе — война деморализовала в не меньшей мере Соединенные штаты, по Парижским соглашениям США имели право оказать Кохинхине помощь в случае нарушения мирного соглашения. Но любой американский президент понимал: возобновление войны будет означать социальную катастрофу, американцы готовы были на все, чтобы это больше не повторилось. И когда война началась — Конгресс оперативно принял закон о запрете вмешательства. Кохинхина была обречена.

Что касается военной составляющей этой операции — ее потом тоже будут изучать в академиях, потому что новое было и тут. Гиап несколькими расчетливыми, не слишком сильными ударами в сочетании с пропагандой — создал и поддерживал усиливающуюся волну беженцев, катящуюся к столице, полностью запрудив дороги и сделав невозможными любые усилия правительства по переброске подкреплений и припасов еще сражающимся частям. А те солдаты, которых все-таки удалось доставить на позиции — с самого начала были напуганы и деморализованы волнами беженцев. Они проиграли еще до того как увидели противника.

И — короткий, стремительный удар на столицу, чего Гиап до того никогда не делал…

Сонтаг прилетел в ТангСонНат одним из последних рейсов «туда» потом все было только «оттуда» и куда угодно. Гражданский Боинг был почти пустой, хорошо если два десятка мест было заполнено из более чем ста. Летели в основном журналисты, он проспал почти весь рейс, потому что удастся ли поспать там — он не знал.

ТангСонНат одним своим видом говорил о беде… разбитая техника вперемешку с целой, то и дело взлетающие самолеты, в основном гражданские, толпы беженцев даже на бетонке, американские солдаты — одни из немногих здесь оставшихся. Какую-то уверенность внушали новейшие Томкаты с прикрывающих эвакуацию авианосцев — у японцев не было ничего подобного и они не совались.

Сонтаг сойдя с трапа направился в военную комендатуру и к счастью — встретил там знакомого. Иначе было бы совсем плохо…

— Ты как здесь…от ФБР что ли?

— Нет, сам по себе.

— Ты совсем идиот, тут скоро все рухнет. Улетай.

— Не могу.

Подполковник морской пехоты Добблер сразу все понял

— Семья?

— Она самая

— Ты опоздал парень.

— Вряд ли, сэр.

Добблер покачал головой

— Ладно пошли.

В кабинете — все было до боли знакомо: зеленая краска на стенах, два вентилятора — настольный и под потолком. Добблер достал кубинскую сигару, закурил. Сонтаг заметил, что на стене нет портрета президента, как то полагалось.