В Осинском уезде в июле 1920 г. в заложники были взяты жены дезертиров как укрыватели. Работники волостных комиссий полагали, что они знают о местонахождении своих мужей. Однако взятие в заложники не принесло желаемых результатов. Почти все женщины рассказывали одну и ту же историю: «Да, мол, муж – действительно дезертир, но был задержан работниками комиссий и увезен на принудительные работы, откуда сбежал и сейчас неизвестно где находится»¹⁸⁴.

Из показаний Горожаниновой Лукерьи Александровны, жительницы деревни Казанцевой Рябковской волости Осинского уезда от 8 июля 1920 г. следовало: «Муж держит связь с дезертирами и бандитами, которые приезжают к нему на дом и говорят об убийстве коммунистов и красноармейцев. 3 июля были в доме… 2 татарина, которые говорили, что убили трех коммунистов в деревне… Он же спрашивает: «Есть ли у вас оружие?». Они отвечают, что есть… винтовки… много… Еще есть пулемет-автомат. Фамилии я их не знала, спросила их, какой деревни, но они мне не сказали. Когда они говорили на счет убийства и оружия с моим мужем… я была в другой комнате… Он им говорил… мне тоже бы надо винтовку для обороны. Было у меня две винтовки, но у меня их отобрали… Нельзя никак вынести, сразу отбирают»¹⁸⁵.

Житель деревни Малый Тарт Курчанов Иван Андреевич на допросе рассказывал о сыновьях: «Старший сын арестован в Перми, осужден ревтрибуналом на 10 лет за бандитство, а второй сын служил в белой банде и убивал… В настоящее время находится в банде в лесу… Степан осужден за укрывательство от военной службы в лесу в землянке, Фокий – находился при службе у белых в лесничестве лесным сторожем и во время отступления белых с лесничеством эвакуировался и попал в плен за Уралом. Василий уходил в германскую войну и не возвращался домой. Афанасий служил в белых частях и попал в плен»¹⁸⁶.

Жительница той же деревни Подосенова Екатерина Михайловна сообщила: «Муж действительно зимой был дезертиром и скрывался от военной службы… во время облав… зимой он из лесу вышел и заявился в исполком, где его арестовали и отправили в Пермь. Дали 10 лет принудительных работ… в настоящее время не знаю, где он находится»¹⁸⁷.

Деревянных Екатерина Ивановна на допросе от 14 июля 1920 г. рассказывала: «Муж Бобров служил в белой армии и при отступлении белых в 1919 г. в Сибири Енисейской губернии попал в плен и домой пришел перед Троицей. Пробыл только сутки, пахал… и скрылся. По сие время не знаю где»¹⁸⁸.

Журавлева Анна Ивановна показала на допросе следующее: «Муж действительно дезертирует в лесу уже год. В настоящее время не знает где. В замужестве она жила 4 месяца, но с начала дезертирства он ходил домой в 1919 г., так как был от дома неподалеку и пищу получал дома, а теперь вот уже с осени 19 года я его не видала… слухи, что выходил гулять на луг к девкам, но не видала»¹⁸⁹.