Джунсу, оставшись стоять возле двери, зажал виски пальцами, а потом помотал головой, как только понял, что я задала ему вопрос.

– Что?

Да что с ним такое?

– Я спросила, зачем ты хотел вчера увидеться со мной сразу после того, как я приземлилась. Зачем ты попросил приехать к тебе в офис? – медленно повторила я.

– О. Потому что успел потренировать Лану в те дни, что тебя не было. Она очень хороша, Сейлор. Меня беспокоят твои шансы.

Я натянуто улыбнулась. В последнее время у Джунсу дела с психологической подготовкой шли из рук вон плохо. Казалось, все вокруг не хотели, чтобы я попала на Олимпиаду. Все считали, что ради этого я жертвую своей жизнью.

Это стало последней каплей.

– Я тоже хороша. Все будет нормально.

– Послезавтра здесь состоится испытание с отборочной комиссией. – Джунсу бросил мне под ноги бомбу мирового масштаба и позволил ей взорваться прямо перед моим лицом. Я знала, что в скором времени это случится, но чтобы через два дня?

Два других члена олимпийской сборной заняли места на основе национального рейтинга. А мы с Ланой состязались за отдельное место в команде. Отборочная комиссия решит, кто из нас в нее попадет.

– Когда ты об этом узнал? – Я вскочила на ноги.

– В выходные. – Он коснулся лука, который висел на стене, лука, с которым он завоевал золотую медаль много лет назад.

Я задумалась о луке как о символе его превосходства. Я не хотела ни перед кем склонять голову. Потому и овладела им в совершенстве.

– Почему ты мне не сказал?

– Ты была занята фотосъемкой, – упрекнул он, выплюнув последнее слово так, будто оно было соткано из гвоздей и битого стекла.

Мне хотелось закричать ему в лицо, схватить его за плечи, встряхнуть и возложить на него ответственность за весь этот бардак. Как он посмел скрыть это от меня? Я бы осталась и тренировалась больше, если бы знала.

– Попробуй в следующую Олимпиаду, – тихо, почти шепотом сказал Джунсу. Все его лицо сморщилось, как носовой платок, оставленный на всю зиму в кармане пальто. – Всего пять лет, Сейлор. Ты еще очень юна.

«Ох, а моя душа», – хотелось ответить мне. Она так много всего повидала. Она была так стара, так истрепана, так привыкла к разочарованиям.

Я пронеслась мимо него, на ходу задев его плечом. Я была охотницей, рожденной для больших, великих дел. Я была морячкой[75], пересекающей океаны, покорявшей чужие моря.