Сейлор
Я мчалась сквозь лесную чащу, чувствуя мягкий мох и мерзлую грязь под ногами. С каждым шагом ботинки все сильнее утопали в жиже, и я боролась с силой земного притяжения, отчаянно стараясь убежать. Позади меня раздавались быстрые шаги. Сердце неистово билось о грудную клетку, словно узник, сотрясающий решетку. «Выпусти меня», – кричало оно.
Это была ошибка, ужасная, печальная ошибка.
Собака не должна была там оказаться. На стрельбище было пусто, когда я вытащила стрелу, стоя с завязанными глазами и смеясь.
И смеясь.
И смеясь.
И смеясь.
Этот момент крутился в голове снова и снова. Одноклассники спросили, могу ли я это сделать. Я ответила, что могу. Знала, что могу. Кто-то туго завязал мне глаза своей банданой. Потом положил его туда, пока я ничего не видела. Привязал его к мишени веревкой, которую стащили на соседнем ранчо. Беспомощный визг стал для меня первым сигналом. Он испустил последний вздох, скуля, когда стрела пригвоздила его к мишени. Кровь хлестнула в центр. Ошметки плоти. Я сорвала бандану с глаз и испустила крик. Все остальные смеялись.
Они позвали Лану.
– Твой пес, – сказали они. – Она убила его.
Вспомнив ее лицо, ее слезы, я побежала быстрее. Я услышала, как среди высоких деревьев раздавалось все больше шагов.
Стук ботинок. Плеск. Крики.
Собиралось все больше людей.
Послышался голос матери, пронзительный и испуганный, который эхом повторял мое имя.
– Сейлор!