Пограничная проверка прошла быстро, одних инспекторов угостил упаковкой пива, другим отдал бутылку «Смирновки» — легко отделался. Встречающие уже заждались.
— Ты должен был появиться вчера вечером! — начал возмущаться Гонза. — Ездить не умеешь! Где был и почему так долго?
— Гнал, как мог, нигде не останавливаясь. Вадик, хорош вопить! Я устал как чёрт и хочу спать. Везите меня в Брест, там возьму билет на обратный поезд, а вы погоните машину дальше…
Глава 16. Тяжёлое возвращение в гарнизон
Глава 16. Тяжёлое возвращение в гарнизон
Дорога от границы была в ужасном состоянии, усеянная бесчисленными ямами и колдобинами, даже с плохенькими польскими дорогами она не выдерживала никакого сравнения. Быстро же человек привыкает к хорошему…
Эдик ругался, а Вадик лишь посмеивался в ответ:
— Это шикарная трасса, погоди, вот когда мы доберемся до территории скобарей, там будет настоящая глубокая жопа, а это лишь краешек ягодиц! Ты чего возмущаешься? Посмотри внимательнее, везде лежит асфальт…
— Вот именно, лежит, а вернее сказать присутствует. Ты бы видел качество немецких автобанов!
— Не видел и не хочу видеть! Зачем себя расстраивать, чтобы потом всю жизнь вспоминать как нереальный сказочный сон. Ты уже разбаловался, как дальше жить будешь в наших реалиях?
А действительно, как? Возвращаться домой, совсем не хотелось.
Не доезжая до города, съехали в кусты, расположились на полянке, разложили снедь, перекусили. Отец привёз свежие домашние огурцы и помидоры, молодую картошку. Эдуард мог себе позволить запить обед пивом, а перегонщики расслабятся дома — завтра.
На окраине Бреста возле автобусной остановки Громобоев вышел из машины налегке, как говорят в детективах — с вещами на выход. Сумка была почти пустой, в основном провизия и самый тяжелый груз — трёхлитровая банка домашней чачи, отец её лично перегнал из своего винограда. Продукт надёжный, проверенный, крепкий, примерно пятидесяти градусный. А может быть и все шестьдесят! К отцовской чаче прилагался круг домашней колбасы и шмат сала — это подарок из Украины от Вадика. Обнялись, пожали руки: отцу и Вадику на восток, Громобоеву опять на запад.
Билет на поезд капитан взял без проблем, потом сел на лавочку и вновь закемарил, ведь в машине удалось поспать всего часок. Но что-то путешественника неуловимо тревожило, возникло ощущение, чьёго-то пристального взгляда и сквозь сон Эдуард почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Чуть разомкнул веки, прищурился, так и есть — прямо перед ним стоял улыбающийся мужчина в форме, полный, круглолицый, с шикарными чёрными усами. Эта усатая морда показалась знакомой, но капитан сквозь сон плохо соображал. Ресницы дрогнули и выдали, а незваный надсмотрщик ухмыльнувшись произнёс: