– Очевидно, заставлять клиентов ждать – такая характерная особенность официантов, что они будут делать это, даже если в зале один-единственный посетитель! – возмутился он достаточно громко, чтобы остальные официанты могли слышать.

– Извините, сэр, – сказал официант. – Этот столик зарезервирован.

– Вы что, смеётесь? В кафе никого нет.

– Через полчаса придёт большая экскурсионная группа, они обедают с нами каждый день, и мы отвели им это пространство.

– И где, в таком случае, должен сидеть я?

– Вот в том углу, если вы не возражаете.

– В углу? На улице прекрасный солнечный день, и я хочу сидеть у окна, чтобы смотреть на бурлящую жизнь города.

– Да, сэр, но менеджер велел мне не садить людей за эти столики.

– А вы никого и не садили. Я сам сюда сел. Можете так и сказать менеджеру.

– Боюсь, сэр, я не могу…

– Боюсь, я тоже не могу. Я пришёл с девушкой пообедать в кафе, сижу здесь десять минут необслуженный, и теперь вы говорите, что при наличии пятнадцати пустых столиков я должен сидеть за тем, который укажете мне вы? Мы передумали. Мы здесь больше не обедаем, – и он решительно встал.

– Как скажете, сэр.

Лицо Арины пылало от стыда.

– Почему, ну, почему ты всё время ссоришься с обслуживающим персоналом? Ты же понимаешь, что эти люди не могут ответить тебе в том же тоне, потому что они прислуга.

– Когда я прихожу в заведение потратить свои деньги, я хочу, чтобы ко мне как к клиенту относились с уважением. Ни в одной столице Европы ты не найдёшь такого плохого сервиса, как в Лондоне. Они набирают официантов из числа иммигрантов, которым всё по барабану. Официанты, которые не умеют сервировать, не разбираются в меню, не могут произнести название вина, не знают, что такое «dietary requirements». Иммигранты приезжают в страну, не зная языка, и поскольку они не могут найти никакой приличной работы, они решают идти в официанты! Но для того чтобы работать официантом, ты должен понимать хотя бы основы сферы обслуживания! Я не понимаю, почему они нанимают людей без опыта работы и не проводят им полный тренинг, прежде чем выпустить их на публику. Если я плачу обязательные пятнадцать процентов за обслуживание, я хочу быть достойно обслужен за эти пятнадцать процентов.

Арина не знала, что ответить. Ей было страшно неловко за себя, за этого парня в кафе, за всех сотрудников своего отеля. Отель приглашает дополнительных людей из агентства в горячие дни, и им некогда ни тестировать, ни обучать их. По идее, этим должно заниматься агентство, но оно нанимает всех подряд – потому что каждый официант приносит им треть своего заработка. И, наверное, это действительно неправильная система. Но если бы система была более строгой, она никогда бы не получила работу в отеле. Неужели Адриан не догадывается, как неловко ей слушать всё это? Ведь она сама иммигрантка и официантка. Наверное, нет. Она же сказала, что работает на конференциях, отодвинув себя от грязных тарелок ловкой формулировкой.