– Простите, ради Бога, – одарила она попутчика веселой дружеской улыбкой. – Я не хотела вас обидеть. Жаль, что все русские невесты, мечтающие об английском джентльмене, потеряли кандидата в вашем лице. Желаю вам успеха в вашем поиске идеального мужчины, Эндрю!

Все ещё недоумевающий англичанин раскрыл газету и спрятал за ней своё покрасневшее от неловкости лицо.

Арина отвернулась к окну и ещё долго улыбалась. На душе у неё было легко и весело. И даже оставленные за чертой паспортного контроля Пашка и Лондон больше не омрачали её мыслей.

Теперь ей предстоял последний пункт её путешествия – паспортный контроль. Арине никогда не приходилось проходить таможню, поэтому трясло её не по-детски. Туристы, возвращающиеся из Англии, везли с собой по три-четыре бутылки виски и коньяка, что, конечно, намного превышало отведённый таможней лимит, но все надеялись, что их не остановят. Арина знала, что как раз её остановят, поэтому лучше не иметь с собой даже лишней пачки чая, чтобы не отяжелять свою участь. Накануне ей снился сон про таможню, и её до сих пор лихорадило. Как в школьных рассказах про войну, граница предстала вспаханной полосой, вдоль которой ходили пограничники с овчарками. Когда из самолёта по конвейеру выполз её чемодан, одна из собак начала истошно лаять. На её лай сбежался целый взвод пограничников. Главный пограничник жестом попросил её открыть чемодан и извлёк оттуда синюю книжицу. Собака злобно рычала. Арина проснулась, дрожа от страха. Даже теперь, в очереди на паспортный контроль, в её ушах звучал истошный лай овчарки.

Утром перед отъездом Пашка был суров и деловит. Сто раз взвешивал её багаж, оборачивал бутылку с виски дополнительной одеждой, безжалостно выбрасывал книжки на английском языке и в очередной раз инструктировал по безопасному переезду через границу. Накануне после долгого спора о том, что является и что не является преступлением, Арина согласилась взять с собой потрёпанный паспорт в синей корочке. Согласно Пашкиному хитроумному замыслу Арина должна была передать этот паспорт Пашкиному другу детства с тем, чтобы тот поменял просроченный паспорт на новый, получил по нему студенческую визу и передал его назад Пашке. Тогда Пашка заметёт следы своего семилетнего пребывания в Великобритании и спокойно выедет из страны как студент кратковременных курсов.

– А ты как думала? – шипел он. – Надеялась, что батька Лукашенко встретит меня с распростёртыми объятьями? Чем я объясню белорусским пограничникам своё семилетнее отсутствие? Где я был? У меня же в жизни не было никакой английской визы в паспорте, я же тут беженцем считался. А так я могу сделать вид, что жил всё это время в Беларуси и всего лишь на лето съездил в Лондон подучить английский.