– Говорит, да. Бедняжка просыпается в панике, а потом ищет по всему дому маму. Я пыталась объяснить, что ее мама с ангелами, но она не понимает – не понимает, что Хани никогда не вернется. Я подумала, если показать ей могилу…

Отвращение Кристи-Линн к Рэю Роулингсу достигло новых высот, когда она заехала в ворота и увидела вывеску «Грин Мидоус» – «Зеленые Луга». Но перед ними простиралось нечто удивительно противоречащее названию. Возможно, когда-то тут росла трава и зеленели луга, но сейчас осталась лишь голая коричневая земля с надгробиями, сухими листьями и мусором. Кто захочет хоронить здесь собаку, не говоря о сестре?

Ретта показала на северо-восточный угол кладбища.

– Она сзади, в стороне от дороги.

Кристи-Линн ехала по неровному асфальту, пока он не кончился, а потом припарковалась и помогла Ретте отстегнуться и вылезти из машины. Ступив на землю, Ретта начала хрипло дышать, а ее губы посинели.

– Возможно, это была не лучшая идея, – заметила Кристи-Линн, нерешительно разглядывая Ретту.

– Возможно, но это нужно сделать.

На заднем сиденье сидела Айрис, сжимая мишку и недоуменно насупив бровки. Ретта открыла дверь и протянула руку.

– Выходи, детка. Нанни должна тебе кое-что показать.

Айрис вылезла и взяла Ретту за руку. Кристи-Линн внезапно почувствовала неловкость и отошла, предпочитая наблюдать с расстояния. Но у Айрис были другие планы: она протянула ей маленькую ручку.

– Пойдем.

Кристи-Линн проглотила протест. Когда трехлетний ребенок протягивает руку, ее нельзя не взять.

Они прошли метров двадцать, хрустя сухой листвой и выгоревшей травой, к маленькой табличке в углу возле забора. Надгробие было простым – гранитная плита, блестящая и новая по сравнению с тусклыми соседями. А на нем – лаконичная надпись безо всяких нежных слов.

Хани Роза Роулингс19/11/91 – 19/11/16

Хани Роза Роулингс

19/11/91 – 19/11/16

Кристи-Линн удивленно посмотрела на даты.

– Она умерла в свой день рождения!