Айрис помолчала, задумчиво сощурив глаз. А потом, прежде чем Кристи-Линн успела осознать происходящее, в ее руке оказалась маленькая ручка Айрис, и легкие пальчики переплелись с ее пальцами.
– Нанни сказала, ты – мой ангел. Тебя послала мама.
Кристи-Линн смотрела на дочь Стивена, такую красивую и грустную, и не знала, что сказать. Она еще ни разу не слышала от девочки таких длинных фраз, и каждое слово ранило, будто нож. Кристи-Линн не была ангелом. Ни для Айрис, ни для кого-то еще. Но объяснить это ребенку? Ребенку, которому только что сказали совсем иное?
Кристи-Линн быстро отвела взгляд и откашлялась.
– Мне нужно отвезти тебя домой. А потом я поеду домой сама.
У Айрис задрожал подбородок.
– А ты вернешься?
– Да, через несколько недель.
– Обещаешь?
Кристи-Линн сглотнула вставший в горле ком, глядя на их переплетенные пальцы, и вспомнила слова Ретты. «
– Да, дорогая. Я обещаю.
Сорок
Сорок
Как только Кристи-Линн зашла домой, к ней с отчаянным криком подбежал Толстой – очевидно, распекая хозяйку за двухдневное отсутствие. Она поставила сумки и наклонилась, чтобы поднять кота и прижать к щеке. Приятно, когда тебя кто-то ждет дома, даже если у него четыре лапы и хвост.
Когда Кристи-Линн поставила кота на пол, он запротестовал и дважды чуть не уронил ее по дороге на кухню. Зайдя за угол, Кристи-Линн наступила на что-то упругое и мягкое. Опасливо глянув вниз, она увидела серую войлочную мышку с пером вместо хвоста – очевидно, подарок от Уэйда. Другая лежала под кухонным столом, а третью загнали под дверцу холодильника. Кристи-Линн собрала их и сложила у ног Толстого.
– Похоже, у кого-то объявился поклонник.
Она понаблюдала, как кот играет с игрушками, и повернулась к холодильнику за бутылкой воды. Рядом с рыбкой Айрис висела написанная мелким почерком записка.