Иными словами, все как в жизни.

Даглас Ангер, один из моих давнишних преподавателей в Сиракьюс, предложил свою модель общения человека с внешним миром.

По мнению Дага, когда два человека разговаривают, у каждого над головой висит, как в комиксах, пузырь, в который напиханы сокровенные надежды этого человека, его проекции, страхи, давние тревоги и тому подобное. Человек А говорит, человек Б слушает, ждет своей очереди ответить, но то, что человек А говорит, поступает в комиксный пузырь человека Б и там коверкается.

Допустим, в пузыре человека Б битком угрызений совести, поскольку он(а) забыл(а) позвонить матери в день рождения и брат человека Б укорил его / ее эсэмэской. Когда человек А говорит: «Мне на следующей неделе предстоит произнести речь», – человек Б, думая о грубостях, какие только что понаписал ему / ей брат, отвечает (из своего пузыря): «Люди бывают очень резки». Человек А, чей пузырь переполнен тревогой за грядущее выступление, слышит: «Да, ты, скорее всего, облажаешься», – и хмурится. Человек Б думает: «Ну прекрасно, человек А хмурится, потому что видит, какая я дрянь, забыл(а) о мамином дне рождения» [54].

Есть только один мир – тот, который мы создаем своим умом, и предрасположенности ума определяют, какого рода мир мы видим.

Женщина, живущая в крошечном домике на ранчо, одержима мыслью, что у нее жухнет трава, и при поездке в Версаль восхищается преимущественно газонами.

Мужчина-подкаблучник в скверном браке отправляется на спектакль и не может отделаться от мысли, до чего жена его похожа на Леди Макбет.

Такова есть жизнь.

Вообще-то нет, говорит Гоголь, такова жизнь и есть.

Вспоминается такая история. «Феррари» одного состоятельного голливудского агента ломается посреди пустыни под Лос-Анджелесом. Это ужасно: у агента на сегодня запланирована важнейшая встреча за всю его карьеру. Телефон отказал, вокруг никого. Но вдруг издалека доносится шум автомобиля. Автомобиль приближается, и становится понято, что это пикап. Старый, потрепанный пикап. На таких ездят фермеры. О боже. Старомодные фермеры, для них такие вот ребятки («Феррари», шикарный костюм, тонны геля для волос), без сомненья, купаются в деньгах, а настоящего труда не знают – такого, знаете, сельского, под палящим солнцем, с коровами и всем прочим. Фуфло, богатый мальчик, деньги гребет лопатой – и за что? За то, что разводит людей! Жулье! Господи, вот повезло же, думает агент, из всех людей на белом свете в помощь ему достанется вот этот мужик? Да что вообще этот тупой вахлак знает о его жизни, о том, как тяжко приходилось работать все эти годы?» У Зеки этого, или Клема, или как там его, небось крепкий ладный брак, женат на какой-нибудь старушке-фермерше, а его Дженин бросила месяц назад из-за того, что он все время вкалывает агентом, и малыша Рекса он теперь едва видит, и…