— Сближение завершено! — доложил бортовой компьютер «Метеора». — Дистанция до цели два метра. Цель пытается маневрировать, удерживаю синхронность. Прогноз стабильности — 98 процентов.

— Радон, принимай контроль управления! — коротко приказал Кузнецов офицеру, сидящему на месте второго пилота. — Подхватишь нас снизу.

Полковник покинул пилотскую кабину. Оказавшись в десантном салоне, он окинул взглядом отряд. Опытные бойцы сохраняли спокойствие, невозмутимо разглядывая виднеющийся через иллюминаторы Б-52, словно застывший под фюзеляжем «Метеора». Вражеские пилоты заметили появление над собой краснозвёздного самолёта неизвестной конструкции, но предпринимать резкие манёвры опасались. «Метеор» нависал над ними угрожающе близко, и малейшая ошибка грозила обернуться столкновением.

Плавными же манёврами уйти от советского самолёта экипажу Б-52 никак не удавалось. Бортовой компьютер «Метеора» повторял все их уловки синхронно, с задержкой в тысячные доли секунды, и оба самолёта летели едва ли не вплотную, словно сиамские близнецы. Радиоволновой участок полимерного расширителя мозга фиксировал полупанический радиообмен, которым экипаж Б-52 обменивался друг с другом и диспетчером ближайшего к этому району Атлантики американского авианосца.

— Работаем тройками! — объявил Кузнецов. — Задача: высадка внутрь самолёта противника, захват цели и последующая эвакуация. В первой тройке я, Криптон и П-3! Остальные тройки работают в составе штатного расписания. Первой тройке к десантированию приготовиться!

Состав первой тройки занял места возле нижнего десантного люка, и Кузнецов вышел в эфир:

— Радон, работай!

Створы десантного люка распахнулись, и взглядам бойцов предстала поверхность фюзеляжа Б-52, застывшего в двух метрах ниже.

— Здоровенный-то какой, поганец! — П-3 обвёл глазами вражеский бомбардировщик. — Аж земли из-за него не видно!

— П-3, принять вправо! — скомандовал Кузнецов.

П-3 машинально отшагнул правее, и мимо него по потолку пробежал «Каракурт».

— Грёбаные пироги!! — едва не подпрыгнул Нечаев. — Это ещё что за маниакальная железка?!

— Это наш «Каракурт», — удивлённо ответил ему Криптон. — Ты же с ними работал сто раз! На Сахалине государственные испытания обеспечивал!

— Я?! — искренне опешил П-3. — Да вы что, товарищ Криптон, шутить изволите? Я эту жуткую хренотень впервые вижу! Что-то я не помню их на Сахалине!

— Ты в комплексе «Сахалин» был в составе испытательной группы, когда «Каракуртов» показывали государственной комиссии. — Кузнецов подал Криптону знак глазами: мол, не надо. — Возможно, в тот момент ты занимался другими роботами, поэтому не видел «Каракурта».