Я засунула альбом поглубже в шкаф, чтобы спрятать его от чужих глаз, и собиралась прокатиться на машине, когда услышала, что в холле открылась дверь. К моему удивлению, на кухне я нашла Зили, шурующую по шкафчикам.

– Не ожидала, что ты уже здесь, – сказала я, пристально разглядывая ее и пытаясь понять, действительно ли она каталась на яхте. Ее кожа и правда немного обгорела на солнце.

– Мы несколько часов провели на заливе, – сказала она, открывая пачку крекеров. – Это было восхитительно, но в какой-то момент все захотели вернуться.

– Если ты голодна, мы можем поужинать пораньше, – сказала я, радуясь возможности провести с ней побольше времени в надежде на то, что она хоть что-нибудь мне расскажет. – Говорят, в Гринвиче открылся новый китайский ресторан. Хочешь, съездим туда?

– Не сегодня, – сказала она. – Я вернулась только чтобы принять ванну и переодеться. Вечером я ужинаю с Эдвином и Флоренс, она собирается приготовить моллюсков, которые мы купили.

– Ну прямо три мушкетера, – сказала я, удивляясь. – Им явно стоит взять тебя с собой в поездку на медовый месяц.

Она перестала жевать крекер и натужно улыбнулась. Я хотела сказать ей, что знаю о ее вранье, что я вчера звонила Хелландам и Флоренс была дома, а не на прогулке на яхте, как утверждала Зили. Но тогда она поймет, что я за ней слежу и пытаюсь ее контролировать, а мне этого не хотелось. От этого всем стало бы только хуже.

– Я тебя отвезу к Флоренс, когда ты соберешься, – сказала я. – Я все равно собиралась выезжать в город.

– Не нужно, я прогуляюсь. – Она взяла из пачки еще несколько крекеров и направилась в спальню.

Вскоре она ушла, благоухающая после ванной, в красивом бордовом платье с воротником-бантом, слишком элегантном для обычного ужина у Флоренс.

В ее отсутствие я не знала, что мне делать с собой и своей тревогой, поэтому решила все равно поехать в Гринвич и заказать китайскую еду, но, когда я открыла дверь в ресторан и мне в лицо хлынул поток влажного воздуха, пропитанного восхитительными запахами чеснока и имбиря, я почувствовала себя не в своей тарелке. За каждым столом сидели пары и семьи, они болтали и смеялись, пытаясь есть палочками и с шумом втягивая лапшу в рот. Они напомнили мне о моем одиночестве.

Заказав два яичных рулета с собой, которые мне вынесли завернутыми в вощеную бумагу, на манер подарка перевязанную тонкой красной лентой, я собралась ехать домой. По пути я решила проехать мимо дома Флоренс. Мою машину можно было узнать издалека, но я надеялась, что сумерки станут мне прикрытием.

В доме Хелландов не горел свет – Зили явно не ужинала здесь с Флоренс и Эдвином. Я ненадолго припарковалась и съела свои рулеты, а потом поехала по зеленым жилым кварталам в сторону Мейн-стрит. Остановившись на светофоре для правого поворота у церкви, я увидела, как в обратную строну пронесся автомобиль, глянцево-красный, будто яблоко в карамели. Это был «Астон Мартин» – такая машина была у Сэма Кольта.