Суэцкий кризис имел далеко идущие последствия для развития всей системы тогдашних международных отношений, так как: во-первых, египетское руководство полностью перешло в стан политических и военных союзников Москвы; во-вторых, Советский Союз существенно укрепил свои позиции на всем Ближнем Востоке и поднял свой авторитет среди подавляющего большинства арабских государств, что позднее Д. Эйзенхауэр признает своей самой «крупной ошибкой», которая приведет к «искусственному возвеличиванию Москвы и укреплению ее авторитета среди арабов»[522]; в-третьих, по мнению большинства специалистов, прежде всего на Западе, этот кризис окончательно добил старые колониальные империи и утвердил СССР и США в качестве «равноценных сверхдержав»; в-четвертых, Вашингтон, серьезно опасаясь дальнейшего усиления влияния Москвы в этом стратегически важном нефтеносном регионе, уже в начале января 1957 года разработал и принял специальную программу укрепления своих отношений с арабскими державами, получившую название новой «доктрины Эйзенхауэра», целиком находившуюся в русле внешнеполитической доктрины «отбрасывания коммунизма»; в-пятых, как это ни странно, но от этого кризиса меньше всех пострадал Израиль, который смог добиться снятия блокады с Акабского залива и, продемонстрировав боеспособность своих вооруженных сил, заметно умерил воинственность своих арабских соседей на целое десятилетие; наконец, в-шестых, Суэцкий кризис подвиг целый ряд держав к серьезным изменениям собственных планов военного строительства, в том числе создания авианесущего флота, активизации программ ядерного перевооружения и создания вооруженных сил «постоянной готовности» и «быстрого реагирования».

Кстати, разрешение Суэцкого кризиса хронологически совпало с новой «сменой караула» в советском МИДе: 15 февраля 1957 года Д. Т. Шепилов методом «убрать с повышением» вновь вернулся в состав Секретариата ЦК, а новым главой МИДа стал кадровый дипломат Андрей Андреевич Громыко. Сам Д. Т. Шепилов о причинах своей отставки не проронил ни слова. А вот его внук Д. Е. Косырев в упомянутой нами книге, напротив, приводит две пикантные подробности этого события[523]. Первая состоит в том, что на заключительном этапе Лондонской конференции по Суэцу Д. Т. Шепилов проигнорировал хрущевскую телеграмму с требованием «дать по мордам империалистам», за что уже в Москве услышал от Н. С. Хрущева такой пассаж: «А вы опасный человек, вы хотите проводить свою собственную внешнюю политику». Вторая пикантность состоит в том, что на вопрос Н. С. Хрущева, «кого он рекомендует на свое место», тот ответил: «У меня два зама. Один — это бульдог, скажешь ему — он не разожмет челюстей, пока не выполнит все в срок и точно, по инструкции. Второй — человек с хорошим кругозором, умница, талант и виртуоз, может все. Я вам его и рекомендую». Н. С. Хрущев очень внимательно отнесся к этой рекомендации и выбрал первую кандидатуру — Андрея Андреевича Громыко, — который пробыл в кресле министра иностранных дел СССР долгие 28 лет, вплоть до июля 1985 года. Второй «дипломат-чародей», как назвал его британский коллега барон Хью Фут Карадон, так и остался первым заместителем министра вплоть до начала октября 1977 года, пока по личной просьбе Л. И. Брежнева не стал его первым заместителем в Президиуме Верховного Совета СССР, где проработал до ухода на заслуженную пенсию в самом конце февраля 1986 года. Кстати, одновременно он стал и кандидатом в члены Политбюро ЦК, откуда был выведен в том же феврале 1986 года.