Как явствует из мемуаров О. А. Трояновского, маршал И. С. Конев, который еще в начале августа 1961 года был возвращен из «райской группы» на действительную службу и сменил генерала И. И. Якубовского на посту главкома ГСВГ, в кулуарах XXII съезда постоянно информировал Н. С. Хрущева о ситуации вокруг Берлинской стены. Причем во время всех этих докладов «в его голосе звучали очень тревожные ноты», но сам Н. С. Хрущев якобы «никакого особого беспокойства не проявлял» и «не придавал большого значения этому инциденту». В результате уже 28 сентября этот инцидент был исчерпан и очередной Берлинский кризис окончательно сошел на нет[590]. А уже в январе 1962 года итоги Берлинского кризиса и возможные пути нахождения компромисса между Москвой и Вашингтоном обсуждались кулуарно в ходе двух личных встреч хрущевского зятя А. И. Аджубея и президента Дж. Кеннеди. Более того, 15 февраля президентский пресс-секретарь П. Сэлинджер передал через полковника ГРУ Г. Н. Большакова личное послание своего шефа Н. С. Хрущеву, где тот «предлагал не угрожать друг другу, не обострять ситуацию, а признать общую ответственность за терпеливое продолжение поисков совместного решения» столь важного для судеб всего мира и Германии вопроса[591].

За все время своего существования до ее полного демонтажа в ноябре 1990 года Берлинская стена, которая в самой ГДР официально именовалась «Антифашистским защитным валом» (Antifaschistischer Schutzwalt), претерпела немало реконструкций, общее руководство которыми на протяжении многих лет осуществлял тогдашний член Политбюро и секретарь ЦК СЕПГ по безопасности, член Национального совета обороны Эрих Хонеккер. В итоге из небольшого участка колючей проволоки внутри «большого» Берлина она превратилась в мощнейший 155-километровый военно-инженерный комплекс, оснащенный новейшим сигнальным оборудованием, целой системой видеоконтроля и наблюдения, 13 превосходно укрепленными контрольно-пропускными пунктами, более 300 сторожевыми вышками и другими пограничными сооружениями со средней высотой заграждений в 3,5 метра. Причем в наиболее уязвимых местах стена была укреплена параллельными железобетонными блоками, между которыми была оборудована контрольно-следовая полоса, а также протянуто проволочное заграждение под высоким электрическим напряжением. В результате все лица, попадавшие в данную зону, обрекали себя на верную гибель, особенно после того, как в 1973 году все гэдээровские пограничники стали беспрекословно выполнять приказ открывать огонь на поражение по всем нарушителям границы без какого-либо предупреждения.