— Так много! — ужасается Шэй. — Когда я рассказала Ионе про Келли, она сообщила, что за последние несколько лет в Северной Англии и Шотландии резко увеличилось количество пропавших людей. Сколько времени все это продолжалось?

«Я не знаю».

— Если все это правда, то абердинский грипп начался вовсе не в Абердине, — говорит Кай.

«Это правда! Больные с островов привезли его в Абердин».

— Мама должна про это узнать. Она говорила, что определение отправной точки и путей распространения заболевания очень важны в выработке способов противодействия ему. Мы должны рассказать ей.

— Но ничего из сказанного не объясняет, почему меня пытались убить. Только из-за того, что я выжила после этой болезни, которую они создали?

— Не знаю.

«Есть один человек, который должен знать. Доктор, который был главным».

— Кто он? — спрашивает Шэй, а Кай смотрит на нее, морща лоб.

«Я не знаю его настоящего имени. Все называли его Первый. Он жил в доме на острове; я искала его там, когда выбралась из подземелья. Там стоял стол, полный его бумаг. Если бы мы отправились туда, то, наверное, узнали бы, где его искать».

Шэй передает Каю все, что я сказала.

— Если он участвовал в этом деле с самого начала, то наверняка знает, как остановить болезнь, — добавляет она.

— Что ж, похоже, это лучшее, что мы можем сделать, — говорит Кай.

— Да уж. Прятаться в кранноге было бы скучно.

— К тому же я умираю от голода. Питание здесь отвратительное.

— Ты хотел сказать, его здесь просто нет. Но тебе нельзя говорить маме, куда мы направляемся.