В порядке отмщения за унижения Полу-Хелмер разработает свой план отмщения датчанам – масштабную кампанию саботажа под сомнительным названием «Барбаросса» (нацистское прошлое Европы никак не отпустит Триера). А когда она провалится, приставит пистолет к голове безобидного фрика-главврача Понтоппидана (его фамилия и сама по себе троллинг, так звали датского нобелевского лауреата по литературе, чьи творения сегодня мало кто в мире читает и помнит). Но пистолет окажется водяным. А Полу-Хелмера добьет откровение из прошлого: оказывается, великий и ужасный швед Стиг Хелмер тоже был датчанином…

Две новые интересные фигуры «Исхода» – женские, и обе шведки. Одна – хакерша Калле (Ида Энгволль из «Второй жизни Уве»), своего рода пародия на «девушку с татуировкой дракона», единственная в «Королевстве» обладательница огнестрельного оружия, которое в нужный момент выстрелит. Вторая – миловидная Анна из нейрохирургии, неустанно соблазняющая Полу-Хелмера, чтобы потом тут же выставить ему счет: даже заранее отправленный ей по e-mail формальный консент не спасает его от издержек. Ведь шведский адвокат представляет в их тяжбе и истца, и ответчика, давая мужчине единственный разумный совет: заплатить. Борец с политкорректностью Триер не мог пройти мимо ценностей #MeToo и не высмеять «культуру согласия». Однако Анна – двойной агент: как шведка, постоянно живущая и работающая в Дании, она то сочувствует Полу-Хелмеру, то помогает коллегам глумиться над несчастным чужаком. Лишь в последние минуты «Исхода» Анна признается, кто она на самом деле: сама Смерть. Комическое моментально сменяется возвышенным.

Едкая ирония Триера испаряется, когда экран занимает монументальная фигура Хольгера-Датчанина, он же Гольгер-Данске (во французском средневековом эпосе – непобедимый Ожье Датчанин, пэр Карла Великого). В подвале «Королевства» сидит изваяние древнего витязя, который, как король Артур в Британии, должен восстать и спасти нацию в критический момент – это миф воспет Андерсеном и запечатлен в скульптуре Ганса Педерсена из подвала замка Кронборг (он же шекспировский Эльсинор). Его видит в своих снах Карен. Его именем названы и давно засыпанные колодцы, куда в кульминации сериала надо будет изгнать блуждающих духов. Он же погубит и Полу-Хелмера, когда тот попытается бежать вместе с Анной из Дании по знаменитому мосту, соединяющему две страны.

Очевидно, что как Эльсинор был моделью мира, а гамлетовская «Дания-тюрьма» – лишь одним из подземелий тюрьмы глобальной, так и триеровское «Королевство» – шутливая интерпретация Дании – в действительности представляет для режиссера человеческую цивилизацию как таковую. Несколько раз за фильм он называет больницу «Вавилоном». Национальные предрассудки в этом смешении культур и языков – лишь один из грехов, самых нелепых, невинных и идеально подходящих для жанра комедийного сериала.