Вот уже несколько дней мне почему-то больно садиться — может быть, фурункул? Но все это время я не раздевался и поэтому не имел случая посмотреть, в чем там дело… А кроме того, у меня еще и гвоздь в сапоге объявился — колет, проклятый, всю дорогу! Но останавливаться я не хочу — мы ведь решили еще до обеда добраться до реки Бандама.

Один из наших черных спутников хватает меня за руку и указывает на высокое сухое дерево на краю рощицы. Обезьяны!

В бинокль мне их отлично видно. Это две белобородые обезьяны колобусы — очень редкий вид, находящийся под охраной. Ни в одном европейском зоопарке их не увидишь. Вид у этих животных всегда степенный и достойный (по манере держаться), у них длинный хвост и лицо, окаймленное белой шерстью. На руках у них отсутствует большой палец; это травоядные животные с огромным, как у коровы, желудком, необходимым для переваривания обильной растительной пищи. И чтобы организм мог лучше усваивать малопитательные и волокнистые растительные корма, обезьяны эти подолгу сидят неподвижно, спокойно переваривая пищу. Отсюда их степенный и важный вид. Ведь важничанье зачастую зависит не от того, что в голове, а от того, чем набит желудок (кстати, не только у животных…).

А мы топаем дальше по степи, молчаливые и потные. Мы торопимся. Мы почти бежим. Я иду, а в голове у меня все вертится история, рассказанная мне неким господином Гербертом, у которого мы гостили несколько дней назад. Этот Герберт — владелец собственной фактории, тем не менее еще два года назад был управляющим на кофейной плантации, расположенной в глухом и диком месте, в двадцати пяти километрах от ближайшего населенного пункта. Занимался он тем, что сводил все новые и новые леса под плантации, и по восемь месяцев ему не приходилось видеть ни одного белого человека. Два черных охотника ежедневно «делали мясо», что означало: отстреливали в округе диких животных для пропитания работающих на плантации людей. Вот что он мне поведал.

«Патрон», работодатель Герберта, отправляя его на плантацию, посоветовал ему не давать черным охотникам в руки крупнокалиберных ружей. Пусть стреляют только в птиц, обезьян, антилоп и подобных мелких животных. Но однажды к Герберту явились местные жители, умоляя о помощи — спасти их от нашествия бегемотов: толстокожие топчут и уничтожают их посадки. Один из черных охотников, очень старательный и отважный парень, три дня подряд ходил за Гербертом по пятам, уговаривая и упрашивая дать ему крупнокалиберное ружье, чтобы он мог сразиться с бегемотами. Наконец Герберт сдался — ладно уж, бери.