Один из африканцев остается дежурить около этого места, чтобы затем подтащить тушу к берегу. Однако ничего из этого не получилось. Как мне позже стало известно, мертвого бегемота течением снесло куда-то вниз по реке, и найти его так и не удалось. Значит, бессмысленное убийство! Но что тут скажешь? Не будешь же ругаться — в конце концов, мы ведь здесь только гости. А ведь в Дакаре вам с гордостью покажут закон, по которому бегемоты во всех французских владениях Западной Африки подлежат строгой охране и отстрел их категорически запрещен.

Жаль только, что в стране никто об этом ничего не знает…

Мы решили несколько изменить свои планы и не возвращаться сегодня ночевать в деревню, как было договорено. Дело в том, что проводник сообщил нам, что в другом рукаве этой же реки наверняка удастся увидеть еще больше бегемотов, а если повезет, то и понаблюдать за ними на суше. Поэтому-то мы и решили не возвращаться, а переночевать прямо здесь, под открытым небом. Мы отошли подальше от берега, в степь, чтобы нас ночью не загрызли комары, которых здесь, у реки, великое множество. И не только комаров, но и мух цеце, переносчиков сонной болезни.

У нас нет с собой оружия, зато двое из африканцев вооружены — у них имеются государственные охотничьи лицензии, во всяком случае они так утверждают, а я и не старался особенно вникать в подобные вопросы. Короче, один из них убежал в расположенный неподалеку лесочек, откуда вскоре раздалось два выстрела, и охотник вернулся, гордо неся перед собой двух птиц-носорогов.

Мы устраиваем привал под куртиной низкорослых деревьев, прямо посреди степи. Уже шесть часов вечера, и скоро стемнеет. Наши спутники разводят костер, ощипывают и потрошат птиц. Поскольку у нас нет с собой котелка, то жарится нечто похожее на шашлык: сердце, печень, голова, желудок и просто куски мяса нанизывают на длинные тонкие деревянные щепки и держат над огнем. Нам, как гостям, стараются отдать самые вкусные кусочки, но съедается буквально все: из черепной коробки старательно выскребается мозг, обгладываются жесткие ноги — ничто не пропадает даром! Потом мы все заворачиваемся в свои домотканые негритянские одеяла и ложимся прямо на голую землю. Через четверть часа уже совершенно темно.

Из соседнего леска непрестанно доносится один и тот же протяжный и громкий крик: «Аю-у, аю-у!»

— Кто это? — спрашиваю я у нашего проводника.

— А это аю, — отвечает он мне, — просто аю. Зверек такой.

Из последующего его описания я заключаю, что это скорее всего потто, маленькая полуобезьяна. Проводник поведал мне заодно, почему этот зверек так кричит. Вот его рассказ: