– Пятьдесят баксов не жалко? Молодец! Пусть идет.

– Сказал, что придет под трибуну, в раздевалку, откуда ты пойдешь на сцену.

– Туда не попасть. Здесь с этим строго. Секьюрити никого не пустят.

– Я так ему и сказала. Ответил, что это его забота. Придет в перерыве между отделениями, когда тебя подменит Виля Токарев.

– Классный чувак! В Советском Союзе я с «Ласковым маем» был у него на подпевках, сегодня он у меня. Какого хрена надо Калугину? Я не хочу разговаривать с предателем. Меня и так пасут какие-то мужики в черном. Наверное, из ФБР. Может, хочет завербовать, скотина?

– Кому ты нужен, дурачок, – она отошла от окна и погладила его по голове, как часто делала это раньше.

– Здравствуйте! Муж дочери первого и единственного президента Советского Союза. Только таких и вербовать.

Онрасплылсявулыбке. Женачесалаемузаушком, каккота.

– Как давно это было, когда ты чесала меня за ухом! Может, вернешься? Тут как-то стремно становится.

– Посмотрим. Многие на самом деле отсюда или уехали, или собираются. Что-то здесь будет. Хотя все кругом улыбаются, как раньше.

Ирина взяла со стола «iPhon», и забила в Google «Олег Калугин». Выскочила целая куча подробностей.

– Здесь, в Америке, о нем почти ничего. А вот на российских сайтах целый «букет».

– Ну давай, нервируй музыканта мирового уровня. А если слова забуду в «Белых розах», как отмазываться будем? Трамп бабло не отдаст.

Андрей упал на кровать, закинул руки за голову и закрыл глаза.

– На сайте «Аргументов недели» пишут, что Калугин издал книгу, в которой намекнул на причастность двух сотрудников американских вооруженных сил к шпионажу в пользу России. После выхода книги их легко вычислили, – Ирина читала с экрана. – А в довесок выступил свидетелем на суде, где опознал еще одного российского агента в американской армии.

– Вроде неплохой мужик был. Чего таким не хватает?

Андрей не открывал глаза. Он не думал о неведомом ему предателе Калугине. Ощутил давно забытое чувство успокоения, когда Ирина была с ним рядом и они часами бездельничали, находясь вместе, и испытывали от этого огромное удовольствие. Друг для друга были как две змеи, которым нужно греться. Причем каждая излучала тепло только для другой. Это состояние не исчезло с годами. Ему врезалось в мозг, что на предложение вернуться жена обещала подумать. Он решительно встал с кровати.

– Все! Пошли гулять. Завтра концерт. По условиям контракта я должен свалить из Америки в течение десяти часов после закрытия занавеса.

– Пойдем, я не была в Нью-Йорке несколько лет. Говорят, здесь тоже были погромы, но мы далеко не пойдем. В Таймс-сквер?