– Твою мать!

– Короли мечтали добраться до цепочки с тех пор, как убили Ло, – говорит Жулик.

Зачем она им? Типа приз за то, что забрали у меня отца?

– Я не хотела отдавать… – Голос срывается. – У него был пистолет, и…

– Охренеть. Он грозил вам стволом?

В ее глазах плещется, ища выход, ярость. Я знаю ровно пять слов, после которых она вырвется на волю:

– Он целился мне в лицо.

Тетя медленно выправляется. Ее лицо ничего не выражает и кажется почти спокойным.

– Я этого так не оставлю, – говорит она и идет к машине, намекая, чтобы мы шли следом.

Малик остается стоять на тротуаре.

– Ты с нами? – спрашиваю я.

– Не. Пройдусь до дома. Подумаешь, пара кварталов.

До дома… где его уже наверняка ждет мать.

– Слушай… не говори, пожалуйста, тете Шель, ладно?

– Ты серьезно? – спрашивает Малик. – Бри, в тебя целились! Мне подбили глаз!

Я серьезна как сердечный приступ. Если он проговорится своей маме, она скажет моей, и тогда конец всем нашим с тетей затеям.

– Не говори ей, хорошо?

– Эй, ты что, собираешься ему мстить? – Я молчу. – Бри, ты спятила? Не лезь в это! Нарвешься еще.

– Я же не прошу тебя помочь! – кричу я. – Просто не говори ей! Ясно?

Малик стоит неестественно прямо, как доска.