Наконец, возросшая вследствие введения машин, производительная сила труда в отраслях крупной промышленности, сопровождаемая интенсивным и экстенсивным ростом эксплуатации рабочей силы во всех остальных отраслях производства, ведет к высвобождению занятых рабочих для непроизводительного труда, к увеличению той части рабочего класса, которая известна под названием «класс прислуги», состоящего из «старинных домашних рабов», каковыми являются слуги, горничные, лакеи и т. д. Согласно упомянутой выше переписи населения Англии и Уэльса от 1861 г., оно составляло 20066224 человека. С вычетом неспособных к труду по старости или малолетству, всех «непроизводительных» женщин, подростков и детей, «идеологических» сословий – правительство, попы, юристы, войско и т. д., всех присваивающих чужой труд в форме земельной ренты, процентов и т. д., наконец, пауперов, бродяг, преступников и т. д., осталось 8 миллионов человек. Из них класс прислуги: 1208644 человек, т. е. больше, чем сельскохозяйственных рабочих, или рабочих легкой промышленности, или рабочих металлургической промышленности, или занятых в угольных копях и рудниках. «Что за превосходный результат капиталистической эксплуатации машин!»[539] – резюмировал К. Маркс, приводя эти данные.

§ 7. Отталкивание и притяжение рабочих в связи с развитием машинного производства. Кризисы в хлопчатобумажной промышленности

§ 7. Отталкивание и притяжение рабочих в связи с развитием машинного производства. Кризисы в хлопчатобумажной промышленности

По словам К. Маркса, «все находящиеся в здравом уме представители политической экономии признают, что когда вводится вновь машина, это действует как чума на рабочих тех традиционных ремесел и мануфактур, с которыми она прежде всего вступает в конкуренцию. Почти все они оплакивают рабство фабричного рабочего. Но каков тот главный козырь, который все они пускают в ход? Это то, что машины, после всех ужасов, относящихся к периоду их введения и развития, в конечном счете не уменьшают, а увеличивают число рабов труда! Да, политическая экономия упивается отвратительной теоремой – отвратительной для всякого «филантропа», который верит в вечность и естественную необходимость капиталистического способа производства, – теоремой, согласно которой даже фабрика, уже основанная на машинном производстве, после определенного периода роста, по окончании более или менее продолжительного «переходного времени», начинает терзать большее число рабочих, чем то, которое первоначально она выбросила на мостовую!»[540]