Итак, по К. Марксу, сущность первоначального накопления капитала заключается в отделении непосредственного производителя от средств производства, от собственности на условия труда, в превращении общественных средств производства и жизненных средств в капитал, а самого производителя – в наемного рабочего. Подобное превращение образует предысторию капиталистического способа производства.

Ибо оно осуществлялось в период разложения феодализма и соответствовавшего ему способа производства. Поэтому «экономическая структура капиталистического общества выросла из экономической структуры феодального общества. Разложение последнего освободило элементы первого»[1042].

Главным элементом такого «освобождения» явилось возникновение особого товарного рынка – рынка рабочей силы. В свою очередь, оно предполагало наличие личной свободы непосредственного производителя, наемного рабочего. Но последний «лишь тогда получает возможность распоряжаться своей личностью, когда прекращаются его прикрепление к земле и его крепостная или феодальная зависимость от другого лица. Далее, чтобы стать свободным продавцом рабочей силы, который несет свой товар туда, где имеется на него спрос, рабочий должен был избавиться от господства цехов, от цеховых уставов об учениках и подмастерьях и от прочих стеснительных предписаний относительно труда. Итак, исторический процесс, который превращает производителей в наемных рабочих, выступает, с одной стороны, как их освобождение от феодальных повинностей и цехового принуждения; и только эта одна сторона существует для наших буржуазных историков. Но, с другой стороны, освобождаемые лишь тогда становятся продавцами самих себя, когда у них отняты все их средства производства и все гарантии существования, обеспеченные старинными феодальными учреждениями. И история этой их экспроприации вписана в летописи человечества пламенеющим языком крови и огня»[1043].

Данный исторический процесс явился основным условием появления промышленных капиталистов. Будучи новыми властелинами экономической жизни общества, эти капиталисты «должны были, со своей стороны, вытеснить не только цеховых мастеров, но и феодалов, владевших источниками богатства. С этой стороны их возвышение представляется как плод победоносной борьбы против феодальной власти с ее возмутительными привилегиями, а также против цехов и тех оков, которые налагают цехи на свободное развитие производства и свободную эксплуатацию человека человеком. Однако рыцарям промышленности удалось вытеснить рыцарей меча лишь благодаря тому, что они использовали события, к которым они сами были совершенно непричастны. Они возвысились, пользуясь теми же грязными средствами, которые некогда давали возможность римским вольноотпущенникам становиться господами своих патронов»[1044].