8.9.10. Действительно, в той самой книге, в которой содержится приведенный выше отрывок о питье, он утверждает, что питье наравне с пищей попадает в желудок.

8.9.11. И говорит он это не один раз, а многократно, как ты можешь убедиться из его рассуждений; вот первое утверждение такого рода, написанное им всего через четыре строчки после того отрывка, который был только что приведен:

8.9.12. «Другую часть смертной души, которая несет в себе вожделение к еде, питью и ко всему прочему, в чем она нуждается по самой природе тела, они водворили между грудобрюшной преградой и областью пупа»[172].

8.9.13. Он говорит, что та часть, которая желает еды и питья, находится не в сердце и не в легких, но под диафрагмой. Ведь не только он, но и прочие древние называли диафрагму «грудобрюшной перегородкой»[173].

8.9.14. Ниже этой грудобрюшной перегородки лежит и желудок, и кишечник, и сама печень, о которой он говорит в этом месте.

8.9.15. Он продолжает: «Творившие наш род знали заранее, какая безудержность в еде и питье будет обуревать нас; они предвидели, что по своей жадности мы станем поглощать и того и другого больше, чем велят умеренность и необходимость.

8.9.16. Опасаясь поэтому, как бы не разразился свирепый мор и род смертных не исчез бы навсегда, они предусмотрительно соорудили для приема излишков питья и еды ту кладовую, что именуют нижней полостью»[174].

8.9.17. И далее в том же сочинении он пишет вот что: «Если мы это будем иметь в виду применительно к нашей брюшной полости, обнаружится следующее: когда в нее входит пища и питье, они там и остаются, но воздух и огонь не могут быть ею удержаны, поскольку имеют меньшие сравнительно с нею частицы»[175].

8.9.18. Так вот, здесь он опять ясно говорит, что и пища, и питье попадают в наш желудок, а в следующем предложении он называет процесс передачи в вены сока, который образуется в желудке при смешении пищи и питья, «оттоком влаги»: «К этим веществам и прибег бог, вознамерившись наладить отток влаги из брюшной полости в вены»[176].

8.9.19. И немного далее он говорит так: «Ибо всякий раз, когда дыхание совершает свой путь внутрь и наружу, сопряженный с ним внутренний огонь следует за ним и, паря, вновь и вновь проходит через брюшную полость, охватывает находящиеся там пищу и питье, разрушает их, расщепляя на малые доли, затем гонит по тем порам, сквозь которые проходит сам, направляя их в вены, как воду из родника направляют в протоки, и таким образом понуждает струиться через тело, словно по водоносному рву, струи, текущие по венам»[177].