– Герр Ханеке прав, – тряхнул великолепной шевелюрой ландграф Вендерс. – Маркграфу фон Таузендвассеру место среди нас. Вместе вы никогда не проигрывали битв, монсеньор. Залог воинского успеха Асседо всегда заключался в вас двоих.

– Придержите коней, господа, – поднял руку уязвленный дюк. – Шестнадцать лет маркграф фон Таузендвассер не воевал с нами, а Асседо все еще стоит на месте.

– Сир, по правде говоря, за эти шестнадцать лет не было в Асседо ни одной толковой войны, – напомнил ландграф Вендерс. – Гаштольдовы набеги не в счет.

– А Пилевские равнины? – начал закипать дюк. – Мы выиграли тот бой!

– В Пилевских равнинах вы потеряли первенца вашего, Ольгерда, – осторожно напомнил князь фон Крафт.

Туча пробежала по лицу дюка Кейзегала, но дюк прогнал тучу. Прав был князь: несчастливыми были битвы, в которых сражался лишь один из Асседо вместо двоих. Велика тайна!

– Будет вам Фрид Красавец, – рявкнул дюк. – Следом за мной поскакал он в Ксвечилию. Задержался в Арепо, чтобы Шульцево золотишко на дело войны переплавить. Скоро должен объявиться.

– Вах! – сказал свирепый Ханеке.

– Лично засвидетельствуете почтение, а теперь хватит о нем. – Сеньор Асседо закинул ногу на ногу, налил себе полугара в рог и расстегнул колет. – Итак, господа, что вы обо всем этом думаете?