– Эта девочка будет рада, если ты с ней полетишь. Она, сдается мне, не в том эмоциональном состоянии, чтобы лететь одной. А возвращаться ей надо.

– Надо, – согласился мой мадрих. – Что скажешь, Комильфо?

Я не знала, что сказать.

– Она не знает, что сказать, – подметил главный психолог всех психологов. – Это твое решение, Тенгиз, не сваливай его на нее.

– Поселите меня в комфортабельном отеле в центре, и я поеду, – заявил Тенгиз.

– Торгуешься? – прищурился этот человек. – Где в центре?

– Где-нибудь возле Дюка.

– Что такое “дюк”?

– Памятник такой в Одессе. Прямо над морем.

– Я проверю, – обещал тот человек.

Тенгиз впервые посмотрел на меня. Посмотрел серьезно:

– Комильфо, со мной ты поедешь домой?

Да хоть на край света. Я опять захихикала. Это было опасно. Это могло перерасти в хрюканье.

– Она в порядке? – спросил главный психолог всех психологов.

– Нет, конечно, – все так же серьезно ответил Тенгиз. – Она не в порядке. Она в полном раздрае и всю ночь не спала.

– А ты?

– Я тоже.

– Не стоит так отождествляться друг с другом, – покачал головой главный психолог и позвал: – Антончик!

Антон Заславский тоже зашел в дом.

– Сделаешь ему украинскую визу? Как скоро ты сможешь ее оформить?