Что же, неужели мы, далекие от фанатизма, неужели мы, любящие нашего кроткого Спасителя, с такими муками предавшего Дух Свой на кресте, неужели и мы будем так жить? Нет, взирая на крест, будем видеть в нем величайшее проявление Божественной любви, которая да проникнет в сердца наши и сохранит их от фанатизма, ненавистного Богу.
Будем же учениками Христа, будем исполнять заповеди Его, ибо Он сказал:
Будем жить по заповедям Христовым: будем добрыми, милосердными, будем кроткими и смиренными, будем неспособными на жестокости, на пролитие крови, неспособными на фанатизм, на какой бы то ни было фанатизм.
Будем кроткими овцами стада Христова. Будем подобны этим кротким животным, которым уподобил Сам Христос Свою Церковь, назвав ее двором овчим. Будем знать глас нашего Пастыря, Глашающего нас по имени, будем идти за Ним, как идут смирные овцы, пойдем не путем кровавым, не путем жестокости и неправды, пойдем путем тернистым, на котором будут нас преследовать, ибо тех, кто идет за Христом, мир ненавидит.
Пусть ненавидит, а мы все-таки пойдем за Спасителем нашим, предавшим Дух Свой на страшном кресте Голгофском.
Слово на Пассии
Слово на Пассии
Темна, темна была ночь в Гефсиманском саду… В эту страшную ночь совершилось преступление, равного которому не было и не будет в истории человечества. Ученик, апостол Христов, целованием предал Учителя своего, Спасителя нашего. Ученик, апостол Христов, привел целую банду вооруженных мечами и копьями, как на разбойника. Ученик и апостол приветствовал своего Спасителя и Учителя:
Что же чувствовали и думали все другие ученики Господни? Смятение, тяжкое-тяжкое смятение началось среди них, когда увидели, что это арест, арест на смерть, арест их Учителя. Сперва возгорелись сердца их, они решили сопротивляться и спросили Господа, не ударить ли им мечом, и один ударил и отсек ухо рабу архиерееву. Господь коснулся уха отсеченного и исцелил его. Решение защищать Учителя сменилось совсем другим чувством, сменилось страхом, трепетом и ужасом.