Видел ли мир любовь, которая может быть сравнима с этой любовью, которая настолько больше всякой любви человеческой, насколько океан больше капли воды. Ибо безмерна, безгранична любовь Сына Божия, отдавшего плоть Свою на такие страдания, которые и представить себе не можем.

Не есть ли это самая высокая форма любви? А если так, то таятся в ней и величайшие силы любви, и величайшее утешение, какое только можно получить от любви. По сравнению с этой всеобъемлющей любовью ничто, совершенно ничто самая пламенная любовь людей друг к другу. По сравнению с тем утешением, которое дает крест Христов изливающейся с него любовью, по сравнению с этим все земное, все человеческое – прах и пыль. Вершину любви, любви Божественной, явил Господь крестом Своим.

Скажите, чем объясняется, что бесчисленные толпы народа текут в этот день поклониться кресту Христову, текут для того чтобы склонить свои головы и колени, чтобы воспеть песнь: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко», чтобы облобызать крест Христов.

Святая, непостижимая сила тянет людей ко кресту. Ни к чему так людей не тянет, и нет силы, которая могла бы сравниться с ним. И вот, когда сердце ваше наполнится скорбью, когда жизнь станет тяжелой, мучительной, мы, ваши пастыри, следуя призыву пророка Исаии, мы только крестом Христовым утешим вас, и нам больше ничего не надо, ибо в наших руках крест – непобедимая сила.

Любовь Христова, сияющая нам с креста Голгофского, наполнит сердца наши, а мы только призываем вас к поклонению кресту, ведем вас по пути страданий, которые неизбежны для каждого христианина. Мы воздвигаем перед очами вашими величайший образ страданий, которыми искуплены грехи всего рода человеческого. Не своею силою, не своим утешением утешим мы вас, мы следуем словам святого апостола Павла: Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец милосердия и Бог всякого утешения, утешающий нас во всякой скорби нашей, чтобы и мы могли утешать находящихся во всякой скорби тем утешением, которым Бог утешает нас самих! Ибо по мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше (2 Кор. 1, 3–5).

Меня утешил Бог, утешил глубочайшим утешением в тяжких страданиях моих. Я знаю, чем утешен я, и это же утешение, по слову апостола Павла, хочу передать вам всем, хочу утешить вас тем утешением, которым Бог утешил меня самого. Свидетельствую перед вами, что по мере того, как будут умножаться скорби ваши, будет умножаться Христом и утешение ваше.