Так-то благой человек из благого сокровища сердца своего износит благое, а злой – злое. Но истинное покаяние с исповедью и слезами, как некиими пластырями и лекарствами, омывает и очищает рану сердца и самую язвину, какую до сердца открыло жало мысленной смерти, потом извлекает вон червя, который сделал себе внутри нору и жил там, и убивает его, наконец залечивает рану и место ее делает совершенно здоровым, так что даже и следа ее не остается. Это, сказанное мною, знают, как происходит в них, только те, которые имеют сердце, ищущие здравия притрудно, со слезами и покаянием. А прочие чувствуют даже удовольствие от таких язв и нарочно их растравляют, стараясь прибавлять к ним и другие раны. Они то только и считают здоровьем, когда удовлетворяют всякую страсть и всякую похоть свою, – даже величаются, когда делают какой грех срамный, срамоту такую вменяя себе в славу. Почему же они так превратно действуют? Потому что не знают духовного утешения и радости, какие приносит совершенное очищение сердца, или, лучше сказать, потому что совершенно не верят сему и держат убеждение, что невозможно человеку совершенно очиститься от страстей и приять в себя полное действо Духа Святого. Вследствие сего они и говорят и делают всегда то, что противно спасению их, а через это и сами себе затворяют двери в Царствие Небесное, и другим желающим препятствуют войти в него. Если случится им услышать где о ком-либо, что он, подвизаясь как следует в заповедях Господних, стал смирен в сердце и в мудровании своем, очистился от страстей и всем проповедует дивные милости Божии, какие явил над ним Бог по неложным обетованиям Своим, – или его самого услышат говорящим на пользу слушающих, как удостоился он увидеть свет Божий и Самого Бога во свете славы и как разумно познал в себе присутствие и действие Духа Святого и стал одеян благодатию Духа Святого; если, говорю, услышат они сие, тотчас, как псы разъяренные, начинают лаять против него, покушаясь, если возможно, и совсем пожрать его, говоря ему: перестань, прельщенне и горделиве! Кто в теперешнее время может сделаться таким, каковы были древние отцы? Или кто может видеть Бога, хотя мало некако? Кто может получить благодать Святого Духа в таком обилии, чтоб ради ее сподобился увидеть Отца и Сына? Перестань, чтоб не быть тебе побиту камнями.
Таковым, мне кажется, я должен достойно ответить, как того требует невежество их, следуя наставлению Соломона: