Старец Варсонофий в начале лета крепился, несмотря на нездоровье, и понуждал себя действовать: принимал, как всегда, множество народу — мирских, братий; служил, распоряжался… В первых числах июля стало ему хуже. Отец Николай (Беляев, с 16 апреля 1910 года — рясофорный инок) писал: «10 июля пошел я с батюшкой ко бдению, но батюшка постоял очень немного и, позвав меня, пошел из храма домой и сразу лег в постель. <…>…Ему становилось все хуже и хуже, был сильный жар, и лихорадило. С кафизм пришел брат Никита, и мы вместе сидели около батюшки»461. На другой день болезнь усугубилась. Пришли отцы Ксенофонт и Феодосий, затем отец Нектарий, которые предложили отцу Варсонофию пострижение в схиму. «Кто может ручаться, что вы останетесь живы эту ночь?» — сказал отец Феодосий.

«Наконец, все было готово, — писал отец Николай, — и начался постриг. Я пел, но очень слабо, вместе с другими, потом держал книгу батюшке, чтобы давать ответы на вопросы. Потом держал книгу отцу Феодосию. Наконец, надели на батюшку схиму…..Все подходили поздравить и принять благословение»462. На следующий день пришел навестить отца Варсонофия старец Иосиф. Дело пошло на поправку… «Схима — это край: или смерть, или выздоровление. Я чувствую, схима меня подняла. Мне надлежало умереть, но дана отсрочка. Отец Нектарий теперь мой восприемный отец»463.

«Я умирал и по чьим-то молитвам воскрес, — сказал отец Варсонофий. — Думал я, что уже не встану. Когда отец Феодосий предложил мне схиму, сердце у меня екнуло: это ведь смерть, значит, не сегодня-завтра конец и придется предстать пред Престолом Божиим. С чем явлюсь? Что буду отвечать? Оглянулся назад — здесь пробел, здесь промах, то не кончено, это не сделано — одни ошибки! Страшно! Ну, да вот, видимо, смиловался Бог, оставил еще время на покаяние»464.

Осенью 1910 года произошли события, связанные с «уходом» из Ясной Поляны Льва Толстого и его смертью на железнодорожной станции Астапово. Толстой, признанный русский писатель, автор прекрасных романов, впал, однако, в великое заблуждение465. 22 февраля 1901 года Святейший Синод зафиксировал его отпадение от ненавидимой им Православной Церкви за его хулы на нее, за гордое антихристианское лжеучение, которое усердием близких к нему людей распространилось в России и стало известно в других странах. «Толстовцы» возникали из среды интеллигенции, среди них было много обманутых графом студентов. Гораздо труднее удавалось ересиарху пробиться к сердцам крестьян, но было в числе его последователей несколько и таковых. Ему было уже более восьмидесяти лет, когда бесы в непогоду, в ночную тьму и сырость выгнали его из родного дома, оторвали от семьи. Он забыл даже взять шапку… Куда же направился? На ходу, трясясь в тарантасе от плохой дороги и от холода, он соображал, куда направить бег свой — на Кавказ ли… в глухую какую-нибудь деревню, где его никто не знает, скрыться там… И вдруг решил: еду в Оптину! В обитель, где не раз бывал, беседовал со старцами (но не исправлялся), Оптина пустынь отчего-то притягивала его к себе…