Поэтому совершенно бесполезны поиски «недостающего звена» между обезьяной и человеком, которое так усердно ищут ученые со времен Дарвина, и никак не могут найти. Те найденные останки обезьяноподобных существ, которым наука предписала быть нашими предками — на самом деле нашими предками никак не являются! Это боковые тупиковые побеги древа эволюции. Человечество существует на планете очень давно, гораздо дольше, чем считает официальная наука, и те существа, останки которых периодически находят ученые — это уже параллельные ветви, такие же далекие потомки нашего общего «пра-пра-предка», как и сами люди. И между ними уже не может быть ничего общего, и никаких «промежуточных» существ. Какие «промежуточные звенья» могут быть между двумя различными видами, скажем, деревьев, — например, дубом, и березой? Никаких. Но этот факт никак не опровергает теорию всеобщей эволюции.

Не утверждала так же теория, что «выживает сильнейший». Это уже трактовка грубых материалистов, подведших научную базу для оправдания творимых ими насилия, жестокости и беспринципности. На самом деле теория утверждала, что выживает — наиболее приспособленный! А это уже совсем другой смысл. Приспособленный совершенно необязательно окажется сильнейшим, но выживет именно он.

В любом случае, при всех своих недочетах (в большинстве своем явившихся следствием неправильной трактовки теории, а не ее неверностью), теория Дарвина на тот момент имела больше положительных действий, чем отрицательных. Прежде всего, она расшевелила умы Человечества, заставив признать то, что все в природе не неизменно, а развивается и эволюционирует путем постоянных изменений, проб, и ошибок. Она заставила людей спорить, а значит — думать. И в этом ее ценность. Она ввела в закоснелые умы обывателей само понятие эволюции.

Но все это — всего лишь одна сторона процесса, рассматривающая лишь плотноматериальные его проявления, описанная в Библии коротко: «И создал Господь Бог человека из праха земного…» (Быт 2:7).

«Космологи, биологи и эволюционисты с завидной уверенностью заявляют, что вся Вселенная — фактически и природа, и ее законы — просто возникли однажды без всяких на то причин. В данном случае уместно вспомнить эксперименты Франческо Реди, Ладзаро Спалланцани и Луи Пастера. Это были совершенно простые опыты, развенчавшие теорию самозарождения. Данная теория постулировала, что вся жизнь возникает — вуаля! — из неживой материи. Например, личинки мух появляются из гнилого мяса, лягушки — из грязи, мыши — из старых тряпок. Помня об этом, не следует повторять ошибку с самозарождением, рассуждая о появлении Вселенной» (Роберт Ланца и Боб Берман «Биоцентризм. Как жизнь создает Вселенную», глава 11 «Ветряные мельницы твоего сознания»).