Подобным образом приносятся Богу и все возрасты жизни человеческой.

«Кто отчасти соблюдает себя и внимателен к себе, а отчасти развлекается и согрешает, тот не всецело посвящает себя Богу» (Пир десяти дев. 5:2. Хрестоматия, с. 575);

«Бог [желает] <…> чтобы мы посвящали Ему и детский, и мужеский, и старческий возрасты, провождая целомудренную жизнь <…> Он, представляя три ночных стражи, вечернюю, вторую и третью, и три прибытия свои (Лк 12:35–38), указал на три смены нашего возраста, детскую, мужескую и старческую, чтобы прийти и взять нас от мира, хотя бы мы бы ли в первом возрасте, т. е. детьми, если Он найдет нас готовыми и чистыми и не преданными ничему порочному, также хотя бы во втором, хотя бы в третьем» (Пир десяти дев. 5:2. Хрестоматия, с. 575–576).

Путь к Богу водительствуется духом человека, которому противоборствует плоть. Задача духа – побороть и подчинить плоть, принеся ее Богу. Так, оригеновой идее развоплощения святой Мефодий противопоставляет мысль о преображении плоти.

«В нас есть два движения, два естественных желания: плоти и духа (Гал 5:17), различные между собою, и потому получившие два названия: добродетели и порока. Следовать же нам должно лучшему и полезнейшему водительству добродетели, избирая прекрасное вместо худого» (Пир десяти дев. 8:17);

«Плоть, очищенная от всяких страстей и пригвоздившаяся со Христом к древу (Гал 2:19) жизни, уже не есть плоть, но жилище Божие (Еф 2:22). Ибо плоть получила название от слабости, а праведник никогда не подвигнется (Пс. 124:1), ибо он не плотский, но духовный (1 Кор 3:1)» (О пиявице. 8:5).

Эта же самая плоть, хотя одухотворенная и преображенная, – учит св. Мефодий, – воскреснет и вновь соединится с душою человека после второго пришествия Христова («О воскресении»).