Предметы преподавались на русском языке, а родному татарскому языку в учебном плане школы отводился 1 час в неделю, как особому предмету. Учителем был назначен Кузяшев Шихабеддин Фахретдинович (1882–1930-е гг.) из Мочалейки, происходивший из семьи имама. Он получил наряду с религиозным и светское образование в Чембарском уездном училище. В архивном документе Саратовского губернского правления за 1908 г. "О частных мусульманских училищах" показано, что его старший брат – Кузяшев Насреддин (1878 г.р.) – преподавал в конце XIX – нач. XX в. в г. Царицино в медресе, получивший образование в Казанском духовном магометанском училище, но в 1908 г. выбыл по случаю его назначения муллой в одно из селений Уральской области
После принятия в 1870 г. "Правил о мерах к образованию населяющих Россию инородцев", в котором было прямо указано, что конечной целью образования всех инородцев должно быть обрусение «инородцев» и слияние с русским народом, новые мектебы и медресе могли открываться лишь при обязательстве о содержании русских классов при них. Расходы на изучение русского языка предполагалось возложить на самих татар. Предусматривалось также открытие русско-татарских начальных училищ за счет казны. Но эти меры привели в дальнейшем к усилению у местного населения подозрений в искренности намерений правительства. Вмешательство власти в сферу мусульманского образования, которая являлась сокровенной для религиозной общины, у населения вызывало боязнь, что эти меры приведут к последующему закрытию традиционных мусульманских школ. В результате русские классы удалось учредить лишь при медресе. Однако вскоре был введен русский образовательный ценз для лиц, желающих занять должности имама, хатыба и ахуна. Но к этому времени у миссионеров христианизация татар через обучение русскому языку ушла уже на второй план, хотя введение русского класса при медресе и обязательного ценза по русскому языку для духовенства носили обязательный характер.