В этой связи стоит также обратить внимание на повествование книги Зерубавеля, где, по-видимому, можно обнаружить интересную параллель описываемым нам историческим событиям. Там рассказывается о том, что Армилус победит Израиль и убьет Машиаха бен Йосефа, и это будет «бедствием, которого не было никогда прежде»[818]. Армилус изгонит Израиль в пустыню, но не сможет войти в Иерусалим, в восточных воротах которого будет стоять Хефци-ба – мать Машиаха бен Давида, Менахема бен Амиэля. Как видно, указанный пассаж представляет собой описание времени господства Армилуса с очевидными отсылками к повествованию 11–12 глав книги Даниила[819]. Примечательно, однако, что в роли защитницы Иерусалима от Армилуса здесь выступает Хефциба, мать Машиаха бен Давида, – фигура, созданная автором как иудейский аналог византийского образа Богородицы, защищающей Константинополь[820]. В этой связи примечательно, что посвящение мира Непорочному Сердцу Девы Марии произошло непосредственно в дни сражения при Эль Аламейне, победа союзников в котором обеспечила безопасность Палестины и Иерусалима.

После гибели нечестивого царя наступает основное эсхатологическое событие, предсказанное в еврейской части книги Даниила, – воскресение мертвых. Если автор арамейских глав видел в качестве окончания будущего эсхатологического кризиса явление царства «народа святых Всевышнего», то для автора еврейской части им, безусловно, является воскресение мертвых. Шествие «Сына человеческого» с облаками небесными понималось им уже не как метафора, а как реальная будущая судьба «маскилим», которые «будут сиять как светила на тверди» (Дан 12, 3). Множество комментаторов, пытавшихся истолковать содержащееся в книге Даниила пророчество о воскресении мертвых, завершали здесь историческое изложение, удаляясь в описание будущих эсхатологических событий. В нашем случае дело обстоит совершенно иначе – мы полагаем, что все описанные в 11–12 главах события должны были исполниться в 1904–1949 годах. В этом контексте совершенно очевидно, какое событие должно быть исполнением пророчества книги Даниила о воскресении мертвых – это возрождение Израиля, окончательно свершившееся в 1947–1949 годах.

Общепризнанно, что картина всеобщего воскресения мертвых впервые появляется в Библии как метафора национального возрождения еврейского народа и довольно долго сохраняет подобное значение. По всей видимости, самый ранний подобный пример мы находим в книге жившего в северном царстве пророка Осии, обычно датируемой серединой VIII века до н.э. Пророк описывает в ней наступивший в это время период междоусобиц, распространения иноземных языческих культов, голода и ассирийской экспансии, угрожающей самому существованию израильского царства. Предсказывая будущее обращение народа к Богу, он пишет: «В скорби своей они с раннего утра будут искать Меня и говорить: “пойдем и возвратимся к Господу! Ибо Он уязвил – и Он исцелит нас, поразил – и перевяжет наши раны; оживит нас через два дня, в третий день восстановит нас, и мы будем жить пред лицом Его”» (Ос 6, 1–2). Язык этого пассажа не вполне однозначен: он говорит не только о воскресении, но и о выздоровлении от тяжелой болезни – метафора, хорошо описывающая состояние израильского царства. В данном случае нельзя не отметить характерное для традиции северного царства сближение понятий выздоровления и воскресения, очевидное еще в рассказах о чудесах, сотворенных пророками Илией и Элишей. Тем не менее очевидно, что понятие воскресения здесь получает чисто метафорический характер, выступая как метафора народного и государственного восстановления.