Давайте свяжем огромные размеры города с теми смыслами, которые мы обсуждали ранее. Вплоть до 20-й и 21-й глав книги Иоанн изображает владычество Бога как осуществляющееся на небе, к которому христиане на земле также имеют доступ на духовном уровне. Но царствование святых в Откр 20 начало соединять сферы неба и земли, и кульминация явления владычества Бога на земле проявляется именно в Новом Иерусалиме, на «новом небе и новой земле», обновленных и преображенных присутствием Бога. «Новое творение, о котором пророчествует Иоанн (21:1–2), состоит из Иерусалима или, скорее, сам Иерусалим увеличивается до космических размеров. Это предполагает, что Бог, обитавший прежде на небе (ср. Откр 4), будет обитать с искупленными людьми»[426].

Небесный Иерусалим – новый рай с рекой живой воды и древом жизни

И это, конечно же, напоминает описанное в книге Бытия, как Бог пребывал с созданными им первыми людьми в раю. Интересно, что, кроме книги Бытия, упоминания о рае почти не встречаются в ветхозаветных текстах; важным исключением является пророк Иезекииль, который описывает обетованную землю как сад Эдемский (Иез 47:12; Быт 2:9). Небесный Иерусалим Апокалипсиса действительно является садом Эдема, тем самым раем Божиим, – в центре города произрастает уникальное и великое «древо жизни» с неиссякаемой плодоносностью, плоды которого будут служить «для исцеления народов» (Откр 22:2). В первозданном раю протекали четыре реки (Быт 2:10), и в Апокалипсисе мы также видим текущую реку.

«И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца. Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева – для исцеления народов» (Откр 22:1–2).

«И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца. Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева – для исцеления народов» (Откр 22:1–2).

Река для нас есть нечто приятное и красивое, но привычное, – однако нужно понимать, что первые читатели могли воспринимать этот образ иначе: для засушливой земли Израиля каждая капля воды была бесценна, и в этом контексте изобилие воды является обозначением идеального благополучия, благословенной Богом жизни. Образ «реки» в Апокалипсисе близок не только повествованию книги Бытия, но видению восстановленного Храма пророка Иезекииля: Иезекииль увидел, как из Храма текут обильные потоки воды по направлению к востоку (Иез 47). В этих водах появлялось множество рыб, и пророк воочию видел животворную силу воды для всех живых существ. Благодаря проникновению этих освященных вод даже Мертвое море преобразится, в нем появятся рыбы, а его вода станет пригодной для питья.