Началось прощание. Каждому духовному чаду батюшка говорил несколько единственно нужных слов. Конечно, не обошлось без слез. Последней о. Иоанн обратился к Сусанне Валовой:

— Я становлюсь монахом, который должен находиться в келии, поэтому такого близкого общения, как на приходе, у нас теперь не будет. Но вам, Сусанна, как батарее отопления, нужен источник тепла, чтобы электростанция была рядом. Вам нужен «карманный батюшка», чуть что — вынула из кармана, спросила и успокоилась.

Сдерживая слезы, Сусанна попыталась было возразить, но батюшка быстро пресек попытки отговорить его от ухода в монастырь. Всё было решено окончательно и бесповоротно. И люди, горюя от того, что о. Иоанна теперь не будет на приходах, одновременно радовались за него: ведь все понимали, что монашество для него абсолютно естественно и желанно…

Из Москвы псковский поезд провожала целая «делегация» духовных чад. Снова одновременно и огорчались, и радовались. Огорчались тому, что батюшка будет далеко, радовались — что «теперь с братией вместе, уж не посадят». Пелагея Васильевна Козина сказала:

— Вот, батюшка, теперь отдохнете: ремонтов и разрушенных храмов больше нет.

— Как в монастыре отдохнешь? — улыбнулся о. Иоанн. — Ты знаешь, что такое монастырь?

— Нет, не знаю. Никогда не бывала.

— Ну вот можешь приехать в монастырь, а меня не увидишь. Не отчаивайся и не плачь, значит, так Богу угодно.

Последние благословения, слезы, пожелания счастливого пути… Поплыл мимо перрон Ленинградского вокзала. Впереди были Печоры — монашество, цель всей жизни.

Глава 8. Обитель

Глава 8. Обитель

Согласно правилам, человек, желающий вступить в число братий Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, подает прошение на имя наместника, к которому прилагает автобиографию. Автобиография о. Иоанна была написана рукой секретаря Духовного Собора о. Нафанаила. Завершалась она словами: «Поскольку мое искреннее намерение с детства было жить в святой обители, а теперь я уже и принес Богу иноческие обеты, то я и обращаюсь с просьбой принять меня в число братии Святой Псково-Печорской обители». Кроме автобиографии, в личное дело нового насельника легли другие необходимые документы — метрическая выпись о рождении и крещении и копия свидетельства о смерти матери; уже в августе 1969-го добавилась справка о рукоположении в сан священника, подписанная митрополитом Таллинским и Эстонским Алексием, впоследствии Патриархом Алексием II.

Было 5 марта 1967 года, воскресенье. Днем на солнце уже плюс два, но к вечеру снова подморозило до минус девяти. От станции Печоры-Псковские до монастыря о. Иоанн, приехавший, как и двенадцать лет назад, вместе со своим другом по академии, епископом Волоколамским Питиримом (Нечаевым), шел пешком. Над монастырем и городом стоял праздничный трезвон — обитель отмечала день памяти своего основателя, преподобномученика Корнилия. Отстояв Божественную литургию в Успенском соборе, о. Иоанн первым делом приложился к мощам преподобномученика и в молитве испросил благословения на жительство в монастыре.