* * *

Во второй половине 1990‐х гг. в исламском сегменте религиозного рынка России сложилась олигополистическая структура: три крупных межрегиональных муфтията контролировали общины на территории страны. Время от времени возникали независимые региональные духовные управления мусульман, но они не претендовали на контроль над общинами за пределами своих регионов. Сложились определенные механизмы взаимодействия государства (регулятора) с фирмами-олигополистами.

Но попытка объединения трех олигополистов (ЦДУМ, СМР и КЦМСК) создать картель была встречена регулятором негативно. Это либо послужило непосредственным поводом для создания новой фирмы, которая могла бы составить конкуренцию трем указанным олигополистам, либо ускорило процесс по ее созданию, начатый ранее. В результате сама идея объединения межрегиональных духовных управлений мусульман утратила актуальность.

Усилению конкурентной борьбы между муфтиятами на религиозном рынке способствует политическая обстановка в России. В современных условиях даже минимальное проявление нелояльности со стороны любой организации (не только религиозной) к политическому режиму может послужить поводом для ее ликвидации[1066]. По всей стране наблюдается зачистка любых неподконтрольных государству структур, в том числе и на религиозном поле. Не вызывает сомнений, что и Таджуддин, и Гайнутдин вполне лояльны к господствующему в России политическому режиму. Они неоднократно доказали это своими словами и действиями (например, в связи с войной в Сирии, «военной операцией» в Украине и др.). Однако в современных политических условиях требуется не просто полная лояльность, но и полная управляемость руководителей религиозных организаций. И здесь как Гайнутдин, так и Таджуддин уступают руководителям «параллельных» муфтиятов.

Между тем ужесточение контроля государства над деятельностью духовных управлений едва ли способно достигнуть ожидаемого результата: замены нелояльных или не вполне лояльных и управляемых религиозных организаций полностью контролируемыми структурами. Как показал опыт РАИС, одного административного ресурса недостаточно для того, чтобы новое духовное управление оказалось конкурентоспособным участником религиозного рынка. Требуется наличие в руководстве такого муфтията если не авторитетных богословов, то хотя бы публичных фигур, пользующихся большим авторитетом среди верующих. Ни в РАИС, ни в ДСМР таких имамов не оказалось. Необходимость во всем соглашаться с решениями федеральной власти делает позицию муфтиев и возглавляемых ими «параллельных» муфтиятов крайне уязвимой.