– Кланы тоже бьют в спину, – покачал головой Брак. – Как думаешь, что бы сделали с этими плотовиками какие-нибудь Коты?

– А то я не знаю! Коты, Лютороги, да кто угодно… Но это хотя бы честно. Ты знаешь, что тебя сейчас изобьют до полусмерти и бросят в кузов, а потом ты всю жизнь будешь таскаться по степи, если добрая душа тебя не выкупит, или не сбежишь. Брак, я был там, я знаю. Кланы – это кусок дерьма, но это честное дерьмо, а не вот это.

– Ну да, честное дерьмо, – неожиданно завелся Брак. – Плесень это, а не оправдание. Называешь свой поступок честным и справедливым, а под это творишь что хочешь. Кто против – кувалдой по башке, "Уважай мою честность, мразь". Знаешь что такое честность? Когда тебе обещают сломать палец, если соврешь. Соврал – палец сломали. И все, сделка закрыта, никто не будет тебе про это напоминать. Пообещал помочь – сдохни, но помоги. Пообещал убить – не раздумывай, когда будет шанс.

– Так я о чем говорю? – повысил голос Кандар. – Глаза в глаза, без попыток извернуться и оправдаться. Что мешало так поступить с этими двумя?

Брак насупился и угрюмо отвернулся. Честность Котов он прекрасно помнил. Вынул из сумки незаконченную фигурку, придирчиво ее оглядел и потянулся за флягой с эйром.

– Раскон вообще не отсюда, – наконец сказал он, когда синяя жидкость в плошке нагрелась от костра и наполнила воздух вокруг кислым запахом. – Да и поступил практично. Мало ли, чьи глаза могут наблюдать за рекой из леса? Вдруг из-за поворота реки в самый неподходящий момент появилась бы другая горжа. С ними воевать?

– Пообщайся с ним подольше там, на крыше, и начнешь не только его оправдывать, но и помогать, – скривился Кандар, забивая трубочку мелкой табачной крошкой из кисета. – Он не отсюда… А кто отсюда? Ты из вольников, я вообще не пойми кто, Везим из Доминиона, если не соврал. Шарк республиканец. Одни Жерданы плоть от плоти здешних лесов. Но подобное дерьмо случается только вокруг Раскона.

– Ты бы еще громче об этом орал.

– А то он не слышит. Здесь на плоту яйца почесать нельзя, не получив с десяток ценных советов.

– Клешней то…

– Неудобно, поди. Смотри не…

– Оторви. – шмыгнул носом Младший.

– Катитесь к шаргу, – огрызнулся Кандар. – Островитяне тащат сюда свои порядки, а взамен забирают все остальное. Эйносы, железо, людей, удолбаешься перечислять. И это нихрена не равноценный обмен.

– При нашей первой встрече ты рыжего защищал. Уж определись.

– Раскону здесь жить, – покачал головой сероглазый. – Как и всем нам. А им – нет. Лет через десять он наконец осядет, сменит свои дурацкие халаты на нормальную одежду и станет полностью своим. И вряд ли он захочет жить в таком же гадюшнике, как на островах.