– Гхм. И не будет, я надеюсь?

– Дай обустроиться, отец. Я сам решу, что с ним делать.

Слово прозвучало. Вполголоса, едва слышно, но Брак сразу понял, что живым ему отсюда не выйти. Хотя, как верно заметил Раскон, страха действительно не было. Последние две недели механик старательно приучал себя сгибать подошву протеза при ходьбе, а это простое действо требовало эйра. Совсем немного, пару вдохов из фляги, что он и проделал в обеденной зале. И сейчас калека чувствовал растворенную в крови синеву.

Простые железные шарики он мог раскалить всего за несколько секунд. Докрасна, до мягкости свежей глины. Широким жестом брось такие снаряды по комнате – и займутся огнем тяжелые шторы, полыхнут книги в шкафах, или даже стены… Да мало ли, что может гореть в деревянном доме, пусть он хоть трижды из огнеупорного гиура. А рядом, под обоями, так удачно тянется медная трубка компрессора. Если ее правильно пережать, то…

Шансов у Брака не было, и он это прекрасно понимал. Но как следует нагадить перед смертью он успеет. Так, чтобы рыжие ублюдки надолго запомнили эту ночь.

Фальдийцы, однако, рубить его саблями на летрийский гуляш не спешили. Раскон так и вовсе достал из-под монументального стола какую-то квадратную бутылку, налил в стакан и задумчиво уставился в камин, а Раготар стянул сапоги и подставил огню пятки. Короткие толстые пальцы едва-заметно шевелились.

– Я сяду? – спросил механик, когда молчание стало невыносимым, а нога заныла.

Раскон кивнул. А затем достал еще пару стаканов.

– Знакомься, Брак. Са-Агодар До-Легиано, мой сын и единственный наследник. Не вздумай произнести это имя за пределами комнаты. Нам это уже не повредит, а вот тебе точно не захочется познакомиться с руками фальдийских дознавателей. – Раскон покатал напиток в стакане и невесело улыбнулся, – Аго, это Брак Четырехпалый, сирота из вольных торговцев. Механик, сказитель, цеповод, чудотворец и лжец. Имя почти наверняка выдуманное, история зияет дырами размером с Зеркальный Котел, к тому же он наверняка родом из степных кочевников.

Раготар, а точнее, Агодар, повернулся в кресле и протянул ладонь. Брак ее осторожно пожал свободной от шариков рукой, до сих пор не понимая, зачем это все нужно. Даже слова фальдийца о кочевниках его не напрягли – Раскон бросил их с такой непринужденностью и уверенностью, словно ему плевать.

– А еще он встречался с Оршагом, так что… Сам понимаешь.

Глаза Агодара округлились и он совершенно по-новому взглянул на калеку. С пристальным, даже болезненным интересом.

– Откуда? – выдавил из себя Брак.