Брак ведь сам вызвался помочь. Раскон всего лишь спросил, можно ли заставить уснуть скрапперы в большом доме. Сделать это так, чтобы никто до последнего момента не начал ничего подозревать. Не уточняя, когда случится этот самый последний момент. Уже зная теперь, в чем состоял план фальдийца, механик понимал, что тот попросту перестраховался. Дом захватили бы и без помощи калеки, и хотя вовремя взорвавшийся скраппер не дал пролиться лишней крови… Результат все равно был предопределен.

И тем не менее, Брак вызвался помочь. Даже плату заранее не оговорил. Из чистого любопытства, желая своими глазами увидеть то, чему фальдиец учил его последний месяц. А Раскон воспринял его помощь как само собой разумеющееся, не задавая лишних вопросов. Просто кивнул и прогудел: “Делай”. Допустил за стол с Сонатаром, прекрасно зная, что всего пара неосторожных слов – и все покатится к шаргу. Хотя, может быть именно поэтому рыжий не взял с собой более опытного Кандара?

– ...не силен в поздравлениях, да и подарков подходящих случаю у меня нет…

Но плана целиком Брак все равно не знал. Да и вряд ли из присутствующих в доме хоть кто-то был посвящен в него полностью. Держать рот накрепко сведенным и вовремя ударить по голове стоящего рядом стражника – дело нехитрое. От исполнителя не требуется ничего, кроме готовности следовать приказам. Другое дело – сидящий в кресле здоровяк, блаженно щурящийся под густым потоком меда, расточаемым фальдийцем. Он целый месяц торчал в Шаларисе, действуя исключительно на свой страх и риск, всего лишь с горсткой верных людей и наемников… И он сумел взрыхлить, возделать и засадить почву настолько хорошо, что Раскону оставалось лишь подойти и сорвать созревший плод. Это впечатляло.

– На моей родине принято считать, что мальчик становится мужем лишь в тот момент, когда ему вручают первое оружие. Будь то весы, если юноша изберет благородную стезю торговли, или перо, выбери он путь мудрого управляющего. Хорпа в руках музыканта, гогглы механика, компас моряка. Или клинок, если впереди лежит дорога крови, боли и величия. Любой ребенок может пойти в лавку и купить себе инструмент по душе. Но бремя настоящего выбора, того самого первого подарка… Оно всегда лежит на самых близких людях – семье и друзьях. И лишь оно определяет стезю, по которой отправится возмужавший юноша.

Юноша? Услышанное неожиданно царапнуло задумавшегося над страницей Брака, вынуждая его поднять голову и пристальнее взглянуть на Раготара. Благо тот, проникнувшись пафосом и торжественностью речи, соблаговолил подняться из кресла и встать напротив фальдийца, позволяя хорошо себя рассмотреть. Его неизменная белозубая улыбка исчезла с лица, сменившись выражением напряженной сосредоточенности, крепко сжатыми губами и упрямо вскинутым подбородком.