Это не было похоже на мысли кочевника. Да Брак и сам уже не понимал толком, кто он такой – ледяное вино притупляло мысли и будоражило воображение. Единый Запад, родина для всяких изгоев, кочевников, отщепенцев, ворья, преступников, отставных вояк и прочей швали. Вставшая под единым флагом родина, пославшая нахер всех, кто смеет к ним лезть. Неприступная крепость Троеречья, куда стекаются ценности всего западного Гардаша…. И гигатраки, стоящие на страже границ. Те кланы, которые согласились поддержать давно назревшее объединение, которые при поддержке лесовиков закатают в пыльную степную землю своих противников, скованных по рукам и ногам в застывшем воске прошлого…

Брак невольно улыбнулся, представив эту картину. Пылающие гигатраки с черными полосками по борту, разбросанные по степи остовы траков, вдавленные в землю скиммеры. И они, вдвоем с Кандаром, наводят тяжелую бадангу в недобитка. Воображение нарисовало столь яркую и сочную картину разгрома Котов, что все планы калеки на ее фоне меркли. Выцветали, становились прозрачными, растворяясь в дыму пылающих боевых машин.

– Я согласен, – улыбнулся калека. – Сейчас допьем и я тебе тоже кое-что расскажу.

Кандар хохотнул, радостно ударив ладонями по ногам. И привычно скривился, когда железная клешня мясисто столкнулась с бедром.

– Говорил же, что нам удастся тебя переубедить, – он любовно оглядел пузатые бутылки, цокнул языком и протянул клешню, – Договорились!

Кандар скалился, шутил и предлагал обменяться протезами, совершенно не замечая лица Брака. А тот, замерев с протянутой ладонью, не сводил застывшего взгляда с железной руки степняка, на тыльной стороне которой скалился искусно сведенный фелинт. Со стороны города лязгали скрапперы, а в голове калеки им вторил тихий, едва слышный перезвон колокольчиков.

– Брак?

– Знаешь, никогда не думал, что доведется пожать руку клановому, – улыбнулся одноногий механик, стискивая стальные пальцы, – Вот же выверты у судьбы, да?

– Осторожно, это заразно, – Кандар притащил из тарги очередную бутылку, но открывать не стал, – Вурш ты уже пьешь, по борделям ходишь… Осталось научить тебя гнать самогон из дерьма люторогов – и будешь вылитый кочевник.

– Вы действительно такое пьете? – Брак приподнял бровь и демонстративно скривился. – Тогда я не участвую. С Расконом помогу, по дружбе, но вступать в клан степных любителей жидкого дерьма я отказываюсь. Или вы как-то по другому называетесь?

– На этот раз не угадал. Даже не близко, – усмехнулся степняк. – Семья Пепельников.

– А клан?

– Степные Коты.