– Откуда ты…

– Ты черпаешь вдохновение из моих историй, сам того не замечая. – улыбнулся Брак, присаживаясь, – Это самое начало килейской баллады про цеп с изумрудными крыльями. Я же и рассказывал. Там еще в конце всех арталис сжигает, а девка топится.

– Гразгова блевота, – хлопнул себя ладонью по лицу Кандар, – Знал ведь, подозревал, что где-то уже слышал. Эти изумруды прямо всплыли из башки.

– Так оно и бывает, – хмыкнул калека, – Так откуда флир?

Сероглазый принес из крошечной тарги мешок снеди, не глядя вывалил все на импровизированную столешницу и плюхнулся на задницу.

– Продал браслет.

– Рефальд?

– Угу. Ты был прав, оторвали вместе с рукой. – Кандар поморщился и покачал головой, – Наверняка продешевил. И еще чувство такое поганое, будто в воспоминания о брате помочился.

– Шалвах?

– Он самый. Ну и шарг с ним, с браслетом. У меня теперь есть крылья, я теперь могу летать, – процитировал сероглазый детскую песенку и, едва не расплескав драгоценное вино, варварски выдрал клешней горлышко из бутылки, – Давай за тех, кого с нами нет, но кто обязательно за нас бы порадовался. Шалвах.

– Логи, – назвал Брак имя того, кого назвал в истории своим братом. Хотя думал он при этом о Джусе, Симе и Часовщике. Порадовались бы они, увидев его сейчас?

Они выпили ледяное вино из простых оловянных кружек, закусили сдобными крендельками и замолчали, думая о своем.

Над Конафером сверкнуло синим, а воздух взорвался облачком золотистых брызг. Впрочем, тут же погасших. Сквозь гул водопада пробился приглушенный хлопок. Разгоревшийся костер трещал и шипел, вспенивая на поленьях кипящую смолу.

– Не убедил, – сказал наконец Брак. – Как бы я не хотел поковыряться с флиром и увидеть Троеречье с высоты, все равно нет.

– Да я и не надеялся, – развел руками Кандар. – Просто похвастаться хотел. Дозволяю за меня порадоваться.

– Я радуюсь и рукоплещу безумству отважных, – процитировал калека, – И плюю в спины тех, кто гонит их на бой. Если ты притащишь на “Каргу” настоящий флир, у тебя слюны не хватит заплевать всю команду.

– Как жаль, что некому будет помочь мне в этом деле, – сероглазый щелкнул пальцами, отправив со скалы огрызок кренделька. Тот описал в свете костра пологую дугу и скрылся внизу, где укоризненно покачивались седые макушки плакальщиц. – Представь. Лицо Везима. Ты. Смачное, долгое затягивание скопившимися за ночь соплями…

– Отвратительно, – сплюнул Брак в огонь, – И притягательно. Ты за этим купил флир?

– В том числе. Надоело болтаться в небе на этой табуретке, всю жизнь мечтал летать. И к Раскону заодно подмазаться, куда без этого.