Но теперь все туннели засыпаны. Так сказала Ева, когда устала от наших поисков. А может быть, ее разочаровало, что мы ничего не нашли. Или же она просто решила, что детям следует играть на улице и дышать свежим воздухом, вместо того чтобы сутками торчать в подвале. Ева повторила слова наших школьных учителей о том, что якобы салемские власти засыпали туннели в конце прошлого века. Они об этом пожалели, когда началась Вторая мировая война: туннели могли стать хорошим бомбоубежищем, и городу не пришлось бы тратить деньги на постройку бункеров.

Анжела хватается за стену и щупает ее.

— Я знаю, он где-то здесь, — бормочет она. — В прошлый раз Ева вывела меня отсюда.

Значит, вот как это было. Разумеется, именно при помощи туннеля Ева помогла Анжеле «исчезнуть». Вот почему Кэл и его последователи решили, что Ева — ведьма. Как там сказал Рафферти? Кальвинисты видели, что Анжела вошла в дом, и окружили его, но девушка как в воду канула. Когда она наконец появилась, то не в городе, а на острове у Мэй, и жила там, пока Рафферти не привез ее обратно. Мэй злилась на детектива за то, что он помог Кэлу, но не поняла главного. Кэл боялся и Еву, и Мэй. Он сам верил в то, что плел о них. Он не знал про туннели и не сомневался, что все женщины рода Уитни, за исключением его бывшей жены, обладают магическими способностями.

Кальвинисты окружили дом — точно так же, как и в тот вечер. По ту сторону подвальных окон я вижу их ноги в сандалиях. Выбраться из подвала невозможно, на люке стоят люди. Мы видим фигуры, освещенные со спины и похожие на кукол в театре теней. Их силуэты отражаются на стенах подвала, в лучах фар от немногих машин, которые не застряли в пробке и способны проехать по улице.

Анжела снова напирает на стену, изо всех сил, чуть не расшибается. Я останавливаю девушку.

— Что ты делаешь?

— Я знаю, ход здесь! — говорит она. — За этой стеной. Там целая комната. Я сидела в ней в прошлый раз, пока Ева меня не вывела.

Она ушибается и кашляет. Здесь сыро и дымно, слабо пахнет плесенью…

И тут я вспоминаю, как риелтор, осматривая винный погреб, обнаружила лужу на полу. Меня озарило: вот где находится туннель. Я всегда удивлялась, зачем Еве битком набитый винный погреб, если она вообще не пьет. Разумеется, в его стене — дверь потайного хода, скрытая за обшивкой. Лужа на полу появилась не из-за пролитого вина или протекшей трубы. Это соленая вода, от которой заплесневели цветы. Туннель заполняется во время прилива.

— Куда ведет этот ход? — спрашиваю я на всякий случай, чтобы удостовериться в своей правоте. Впрочем, я и так не сомневаюсь. Хоть я и задала вопрос, ответ мне уже известен.