— И тогда? Чего же ты ждала, Антония?

— Не знаю. Оказии. Слишком было страшно. Продвигалась, от какой-то неуверенности, по окольному пути. Я узнала от Ульриха, что у тебя вечно новые подружки. И что подружки твои моложе нас с тобой на пятнадцать лет. Но вдруг именно одна из юных подружек стала той неотложной и бесспорной необходимостью, ради которой я отбросила и страх, и все.

Тут примкнул к ним Джоб. Он уже перетер тарелки и столы и, похоже, даже поспал. А теперь вышел к ним из лесного, травяного и фруктового царства, как Папагено.

— Садись с нами, Джоб. Я вот говорю: когда Ульрих Зиман задал вопрос о реконструкторах, я позвонила тебе.

— Да. На звонок Антонии я ответил — действительно, уже не первый год в Версилии появляются разные махинаторы. Мечут топоры. Ножевой бой. Кретинские боевые игры. Спортивные классы, тайский бокс и чего только не. Вроде преподают инструкторы не то из Аль-Каиды, не то из Моссада. Или, может, афганцы. Вдобавок эти приезжие подкатывались вербовать на полном серьезе и моих знакомых, бывших нелегалов, хотя мы все, мягко говоря, и не первой молодости. Спрашивали, не инсценируем ли мы за деньги бригадную партизанщину? Ну, мы с негодованием послали их. Потом еще другие вдруг повылезали. Интересовались сланцевыми шахтами, которые в Лаванье. Теперь шахты заброшены, так не нельзя ли организовать аттракционы? Устроить там тайники и ловушки? Как будто бы они сохраняются с самых фашистских времен? Разрисовать шурфы рунами. И запускать туда юнцов за деньги. Пускай выбираются. Имитация чрезвычайных ситуаций, под съемку, под кинооператора. На выходе награждать победителей и давать им отснятый клип.

И главное, добавил Джоб, все это очень русские моды. Они распространились, когда русские начали скупать пляжи в Тоскане…

— Ну да, — вставляет Виктор. — Модные забавы. Их те же люди придумывают, которые начинали с экскурсий на Урал на вездеходах, с экстремальных туров. На Северный полюс отправлялись, на Южный. И все за большие деньги. С вертолетом слежения, в котором мягонькие подушки и лебезивые инструктора. На места разных мрачных катастроф. Популярна, я слышал, экскурсия на перевал Дятлова, где в пятьдесят девятом году погибла группа из Уральского педагогического института, и никто не прознал до сих пор, были ли те ребята жертвами ракет с ракетодрома в Плесецке, или нападения уголовников, или инопланетян. Теперь туда идут все. Предлагается десятидневный экстремально-приключенческий тур «Гора мертвецов» плюс бонус — визит к недостроенной телебашне в Екатеринбурге, откуда спрыгнули несколько самоубийц. Есть еще посещение руин исправительно-трудового лагеря в Ивделе. В моде и место расстрела царской семьи. И еще один гламурчик — спускаться в московские подземелья с диггерами для поисков то пропавшей библиотеки, то легендарного Метро-2…