— Но я не вижу облаков, господин.

— У вас уже не те глаза, что были раньше.

— И то верно. — Надрывные звонки велосипеда нарушили тишину. Новый охранник подошел к ограде. Его напарник пошел отпирать ворота. — Эти молодые извещают о своем появлении так громко, словно они — духи, сошедшие с небес!..

— Я бы хотел вам кое-что сказать, — прервал офицер рассуждения охранника. — Как и тот иностранец, я бы не хотел, чтобы меня впутывали во что-либо — и только из-за того, что я провел лишний час в этом удивительном уголке, а не предавался сну, в котором я столь нуждаюсь! Вам нравится ваша работа?

— Очень, господин!

— А возможность продавать такие вещи, как японский бинокль, оставленный у вас на хранение?

— Что, господин?

— У меня острый слух, вы же говорили во весь голос.

— Да, господин?

— Помните, обо мне никому ни слова! И тогда и я умолчу о вашем неблаговидном поступке, из-за которого вы, несомненно, оказались бы в поле с приставленным к вашей голове пистолетом. Вы недостойно ведете себя!

— Мне все понятно, господин: я никогда не видел вас! Клянусь вселившимися в меня духами!

— Мы, члены партии, не поддерживаем веры в сверхъестественные существа!

— Тогда клянусь всем тем, что будет вам угодно!

— Открывайте же ворота и проваливайте!

— Сперва я возьму велосипед, господин! — Охранник кинулся вдоль изгороди, вывел свое персональное средство передвижения и отпер ворота. Затем, вздохнув с облегчением, швырнул сменщику связку ключей и, взгромоздившись на велосипед, покатил по дороге, спеша подальше убраться с глаз офицера.

Второй охранник вошел неторопливо с велосипедом в ворота.

— Можете себе представить? — обратился он к офицеру. — Вместо деревенского дурня у нас на кухне будет работать теперь сын гоминьдановского военачальника.

Увидев белую зарубку на стволе дерева, Борн поставил свой седан между двух сосен, выключил фары и, выйдя, быстро забросал машину ветками, чтобы ее не было видно в темноте с дороги. Повинуясь внутреннему импульсу, он работал скоро и энергично — так, как делал это всегда.

И не зря: через несколько секунд после того, как автомобиль был укрыт, на дороге, ведущей в Бэйдцзин, вспыхнул, встревожив его, свет фар. Опустившись на четвереньки в густом подлеске, он разглядел приближавшуюся машину с велосипедом на крыше. Проехав чуть вперед, она остановилась у поворота, о чем можно было судить по внезапно стихнувшему шуму мотора. Опасаясь, что опытный оперативник мог все же заметить его седан и, оставив свою легковушку в укромном месте, направиться сюда пешком, Джейсон пересек стремительно дорогу и, перебегая за плотной стеной из кустарника от сосны к сосне, добрался до поворота. Стоя на коленях в густых зарослях, он изучал каждый фут земли обочины и напряженно прислушивался к каждому постороннему звуку на пустынной в сей час шоссейной дороге.