Карта оказалась точной. Два прожектора освещали высокие, зеленого цвета металлические ворота, увенчанные огромными щитами с изображением ярко раскрашенных птиц. Из небольшой стеклянной будки, стоявшей справа по ту сторону ограды, выскочил, завидев приближающиеся фары, охранник и подошел к решетке. Хоть и было темно, Джейсон разглядел все же форменные пиджак и брюки, однако признаков оружия не обнаружил.

Остановив свой седан в футе от ворот, Борн вышел из машины. Китайцу-охраннику, к его удивлению, было далеко за пятьдесят, а то и за шестьдесят.

— Бей тонг! Бей тонг! — принес извинения Джейсон, не дожидаясь, когда охранник заговорит, и продолжил быстро, вытаскивая из внутреннего кармана список лиц, с которыми француз вел переговоры: — Мне так не повезло! Я должен был приехать сюда еще три с половиной часа назад, но машина пришла с опозданием, и встреча моя с министром, понятно, не состоялась… — Борн заглянул в список и нашел там имя министра текстильной промышленности. — Я имею в виду Ванг Ху. Уверен, что он расстроен не меньше, чем я!

— Вы говорите на нашем языке! — произнес озадаченно стражник. — И с вами нет шофера.

— Все согласовано с министром, я ведь бывал в Бэйдцзине много-много раз! Мы с ним собирались еще вместе пообедать тут!

— У нас закрыто, и к тому же в заповеднике нет ресторана.

— Он не оставил для меня записки?

— У меня ничего нет, кроме вещей, забытых посетителями. Кстати, у меня есть очень хороший японский бинокль, могу продать по дешевке.

Случилось то, что и должно было случиться. За воротами, ярдах в тридцати по грунтовой дороге, Борн увидел в тени высокого дерева человека в длинном кителе, — офицера, судя по четырем пуговицам на его облачении. Вокруг талии — широкий ремень с кобурой. В общем, страж при оружии!

— Извини, но бинокль мне не нужен.

— Может быть, подарите кому-нибудь?

— У меня мало друзей, а дети мои — настоящие чертовы отродья!

— Вы несчастный человек! Единственное, что есть на свете ценного, — это дети и друзья… Ну и вино, конечно.

— Мне ничего не нужно! Я хочу лишь найти министра, мы же тратим время на пустые разговоры!

— Бинокль стоит всего несколько юаней.

— Ладно! И сколько же всего ты просишь?

— Пятьдесят.

— Хорошо, давай сюда, — произнес раздраженно Хамелеон, опуская руку в карман. Когда охранник заспешил в свою будку, он опять заглянул подальше за ворота. Офицер-китаец, спрятавшись поглубже в тень деревьев, все еще наблюдал за воротами. В груди Джейсона вновь победно зазвучали литавры, как это бывало нередко в те дни, когда он служил в «Медузе». Его хитрость увенчалась успехом: он раскрыл стратегию своих противников. Дельта знал особенности мышления народов Востока, одной из которых являлось стремление все, что возможно, окутывать тайной. Одинокая фигура офицера хоть и не подтверждала этого, но и не отрицала.