— Что ни день, то новый сюрприз. Когда же это кончится? Правительство на грани кризиса… Один из ваших министров покончил жизнь самоубийством… Этот жирный клоун Бук ни на что не годен…

В кабинет тихо вошел чиновник в сером костюме, прошептал что-то на ухо Грю-Эриксену и беззвучно исчез.

— И вдобавок, — ноющий голос Краббе возвысился до фальцета, — поползли слухи о каком-то старом деле военной прокуратуры. Да что же это такое! Опять дело рук исламистов?

Грю-Эриксен поднялся и включил телевизор.

— Давайте вернемся к нашим договоренностям относительно антитеррористического законопроекта, — воззвал Россинг. — Нужно довести процесс до конца, и тогда ваша партия сблизится с правительством. Вы сможете многому научиться. А тем временем все придет в норму, уверяю вас.

Ход программы новостей прервался заставкой «Прямое включение из парламента». На экране появился Томас Бук в синей рубашке с расстегнутым воротом. Вид у него был утомленный, но решительный.

— Все это очень серьезные вопросы, и на них должны быть получены исчерпывающие ответы, — говорил он перед рядами микрофонов. — Я потребую от Министерства обороны полный отчет о деле военной прокуратуры, которое может быть связано с недавними убийствами в Копенгагене.

— Проклятье, — выдохнул Россинг.

— У нас есть основания полагать, — продолжал Бук, — что министр обороны утаил от полиции важную информацию, чтобы скрыть собственную халатность. Мой предшественник Фроде Монберг перед своей смертью подтвердил мои подозрения. Это все, что я могу сообщить на данный момент.

Невидимые на экране люди забросали его вопросами. Грю-Эриксен с каменным лицом смотрел, как неожиданная пресс-конференция завершается хаосом.

— И это, по-вашему, называется «прийти в норму»? — взвизгнул Краббе.

Мадсен был в числе первых, кто прибыл в район мясоперерабатывающих предприятий, и теперь он вводил Брикса в курс дела, пока они вместе проходили через ночной клуб, полный притихших, удивленных людей, и поднимались на крышу.

— Лунд гналась за ним через все склады, потом преследовала в клубе, пока он не вылез сюда, — объяснял он. — У нее даже пистолета не было, вот дура.

Они подошли к металлической лестнице, ведущей на пристройку ниже уровня крыши.

— Скорее всего, он ждал ее за дверью и, когда она вышла туда, вырубил ее.

Брикс посмотрел вниз, на рифленую кровлю пристройки.

— Гуннар Торпе сказал что-нибудь? — спросил он.

— Когда мы приехали, он уже был в отключке. Множественные порезы, как у остальных. Похоже, орудие то же самое. Армейский жетон.

Он смотрел, как из здания постепенно выводят посетителей клуба.