Когда живешь в доме у друзей, проблема в том, что они не считаются с твоей частной жизнью. Со стороны Фрэнки довольно-таки невежливо просто взять и нагрянуть без предварительной договоренности. Я же не сваливаюсь как снег на голову к нему в гости, когда мне заблагорассудится, не позвонив заранее! Но даже если бы он просто приехал без предупреждения, все было бы иначе, тогда я хотя бы могла объяснить ему, что к чему. Сказала бы, что с тех пор, как мы с Джимом расстались, эта кошмарная бабища Кэрол преследовала меня, подкарауливала в укромных местах возле дома, названивала и молила о встрече. А еще сочинила безумную историю, что боится Джима, который якобы хочет ее убить. «Она совсем свихнулась, Фрэнки, и очень опасна. Даже тут меня выследила, представляешь? Но я смогла одолеть ее и связать, вот жду, пока полиция приедет. Где же полиция? Должна уже быть здесь. Надо еще разок туда позвонить, просто для верности». Да, примерно так я бы и сказала.

Очернить Кэрол будет не слишком сложно. Кому поверит Фрэнки? Конечно, мне. Я бы поведала, как она хитростью заставила меня выпивать с ней, сперла мои водительские права и одевалась в такую же одежду, притворяясь мною. А все для того, чтобы заполучить Джима, хотя, положа руку на сердце, непонятно, зачем так себя утруждать: пусть забирает на здоровье.

— Все в порядке? — спрашивает водитель, и я выпрямляюсь.

— Да, а в чем дело? — Для устойчивости я упираюсь ладонями в сиденье по обе стороны от себя.

— Вы разговариваете сами с собой, — поясняет он.

* * *

Как-то все слишком затянулось. Я застряла в бесконечном кошмаре, все еду и еду, и на повторном наборе у меня телефон Фрэнки. Вызов. Голосовая почта. Вызов. Голосовая почта. Да что за херня, чем там вообще занят мой издатель? Неужели звонит в полицию? И требует немедленно выслать наряд, потому что у него в ванной лежит посторонняя связанная женщина? Я прижимаюсь лицом к окну, высматривая полицейские автомобили, и боюсь с минуты на минуту испытать на своей шкуре, какой бывает настоящая погоня: по крайней мере десяток «луноходов» с включенными мигалками, которые крутятся и светят то красным, то синим, и с мегафонами на крышах: «Эмма Ферн, руки за голову! Выйти из машины!»

Оживает мой телефон, и я умираю. Я потею и боюсь посмотреть, что там. Потом прикрываю глаза ладонью, делаю малюсенькую щелку между пальцами и читаю: «Прикупи по дороге молока, ладно? Ф. Целую-обнимаю».

Я быстро убираю руку и читаю сообщение снова. Оно действительно от Фрэнки, и отправлено только что. Блин, и где он сейчас? Ясно, что не в пляжном доме. Или мы с ним о чем-то договаривались, а я забыла? Чувствуя нарастающую боль между глаз, я перечитываю предыдущую эсэмэску от моего издателя, проглядываю десятки более старых. Может, я пропустила какую-то?