55
55
Ди сидела в своем кабинете в управлении полиции и наблюдала, как на улице рассветает. У нее не было сил садиться в грязную ночную электричку на Скугос, чтобы ехать домой. Она сообщила семье и просто осталась на работе. Пара часов беспокойного сна на диванчике в кабинете. Она уговаривала себя не звонить Бергеру, но в результате не удержалась. Никто не ответил. Его телефон, похоже, был выключен.
Теперь она сидела за столом и смотрела в окно. В этом позднем августовском шведском рассвете была особенная глубина, которую она очень любила. Но влюбиться в нынешний рассвет у нее никак не получалось.
В дверь постучали. Единственный, кто это может быть в такое время суток, — уборщица. На мгновение Ди представила себе, что это Надя.
Уборщица Надя.
Но это оказалась не она. И вообще не уборщица. Ди не сразу узнала рослого мужчину. В руке он держал айфон.
— Кент Дес, СЭПО, — представился он. — Я услышал, что вы здесь. Можно войти?
СЭПО.
Ее раскрыли? Все ее служебные ошибки и прямые нарушения наконец выплыли наружу?
— Разумеется, — ответила она с улыбкой. — Наши пути пару раз пересекались. Я навещала вас в больнице, когда вас искусали пчелы.
Дес улыбнулся в ответ, вошел и сказал:
— Пчелиные укусы в десятки раз хуже осиных.
— Хорошо, что вы пришли в себя, — произнесла Ди, чувствуя, как вспотели подмышки.
— У меня тут одно срочное дело, — сказал Дес, отказываясь присесть на предложенный стул. Наши пути всегда пересекались в связи с Бергером и Блум. О них пойдет речь и на этот раз. Мы установили прослушивание по поводу этих расчлененных утопленников, это ведь вы ведете это дело?
Ди кивнула. Прослушивание?
— Мы временно сотрудничаем с полицией Стокгольма — поэтому я и здесь, — уточнил Дес. — И в ходе прослушивания одного известного русско-шведского мафиози мы уловили кое-какую информацию, которая может иметь отношение к делу.
Ди было абсолютно наплевать на то, что ее, по всей видимости, обошли. Полиция Стокгольма? Но полной безопасности она пока не ощущала.
— Уловили? — переспросила она.
— Совсем недавно. Послушайте.