– Это билет с открытой датой, – небрежно сказал Фаррух. – По нему можно выбрать любой рейс до Нью-Йорка. Вам не обязательно лететь в Нью-Йорк в день прилета в Швейцарию. Ваш билет действителен на любой день, когда в первом классе есть свободное место. Я подумал, вам понравится провести день-другой в Цюрихе – возможно, выходные. Вам лучше отдохнуть перед Нью-Йорком.

– Ну, это ужасно щедро с вашей стороны. Но я не знаю, что мне делать в Цюрихе… – говорил Мартин.

Затем вместе с билетами на самолет он увидел оплаченную бронь гостиничного номера.

– Трое суток в «Hotel zum Storchen» – приличный отель, – объяснил Фаррух. – Ваш номер выходит окнами на реку Лиммат. Сможете прогуляться по Старому городу или к озеру. Вы когда-нибудь бывали в Европе?

– Нет, никогда, – сказал Мартин Миллс.

Он продолжал разглядывать квитанцию – в бронь был включен ресторан.

– Вот так, – ответил доктор Дарувалла.

Поскольку заместитель комиссара считал это выражение значимым, доктор решил его попробовать; похоже, оно подействовало на Мартина Миллса. На протяжении ужина перестроившийся иезуит ни о чем не спорил – казался смирным. Джулия волновалась, что причиной этого могли быть проблемы с желудком или что несчастный близнец Дхара просто болен, но доктор Дарувалла был в курсе случившегося с Мартином; доктор знал, что беспокоило экс-миссионера.

Джон Д. ошибался – его близнец не был слабаком. Мартин Миллс прекратил духовный поиск, но он отказался от священства, когда оно было уже легкодостижимо. Он мог бы быть рукоположен, но тот священник, которым он стал бы, его не устраивал. Его решение отступить, каким бы скоропалительным оно ни показалось, было принято не вдруг и не на пустом месте – для этого он должен был пройти свой путь.

Поскольку проверка безопасности в аэропорту была поставлена на широкую ногу, Мартину Миллсу надлежало приехать в Сахар за два-три часа до вылета. Фаррух чувствовал, что, кроме как с Вайнодом, любое другое такси для Мартина небезопасно, но Вайнод был занят – карлик отвозил в аэропорт Дхара. Доктор Дарувалла взял «роскошное» такси из парка «Блю Найл Лимитед» Вайнода. Они были на пути в Сахар, когда доктор впервые осознал, как сильно ему будет не хватать экс-миссионера.

– Я уже привыкаю к этому, – сказал Мартин. Они как раз проезжали мимо мертвой собаки на дороге, и Фаррух подумал, что Мартин комментирует уже знакомые ему картины с убитыми животными. Однако, судя по объяснению Мартина, он имел в виду, что всегда уезжает отовсюду в легкой немилости. – О нет, без всяких там скандалов – никто меня не выгоняет, – продолжал он. – Скорее, я ускользаю. Не думаю, что я вызываю нечто большее, чем легкую досаду, у людей, которые в меня поверили. Я и к себе, по сути, точно так же отношусь. Это не какое-то там сокрушительное чувство разочарования или потери – больше похоже на укол унижения.